Клан Борзых: Приемыш

Чем он отличается от подземной крепости, где заражённые могли устроить перевалочный пункт? Только тем, что он ближе к Несокрушимому, а значит, опаснее.

— В этом вы правы, но мы не можем знать наверняка, да и ситуация сильно изменилась. В первый день заражённые были отброшены на несколько километров, сейчас они непрекращающимся потоком прут через рвы и укрепления, — возразил Филинов. — Наша задача — спасение человечества, но умерев мы её не осуществим.

— Как бы нам не прислали сигнал о самоуничтожении, подорвав, — задумчиво протянул Семён.

— Вот это совершенно некстати будет.

— И электричество пока есть, значит…— сказал Данила.

— Значит, нельзя останавливать огонь. Пока на стенах видят, что мы сопротивляемся, взрывать не станут. Лучше подумайте, как дольше продержаться, — оборвал я, переводя разговор в конструктивное русло.

— И то верно, — кивнул Семён. — Пока дерёмся — не бесполезны.

— Вот только снарядов у нас хватит на десять часов, — напомнил я.

— Значит, снижаем норму в два раза. Может, к тому времени из крепости подойдёт подкрепление, или связь восстановят, — решительно сказал Данила и, сняв трубку, объявил по форту переход на половинную смену.

Что с учётом усталости и ранений было воспринято на ура.

Я же сосредоточился на сборе ресурсов. С каждой новой волной тварей вал наполнялся, хотя пока только до уровня второго этажа. Но когда включат пресс, было совершенно непонятно, а паразиты новой толпой ринулись к нам. Хорошо, люди уже знали, как себя вести: намертво перекрыли бойницы, отошли от стен и били лишь тех тварей, что приближались к ним.

Приходилось бегать с этажа на этаж, вылавливая миньонов с заполнившимся хранилищем, а заодно перепрограммировать новых, забирая себе самые удачные и прочные комбинации. Ни одной элиты мне не попалось, но после того как Сара накопила достаточно данных, выяснилось, что и у нейрочипов были свои апгрейды. Уже после официальной смерти носителя.

Связано это было с целым рядом условностей и модификаций, которые тяжело было объяснить чем-то кроме эволюционного процесса.

История заражённых всё ещё не складывалась, но стало понятно, что пострадавшие люди, заражённые техновирусом, стремились к бессмертию, частью которого становился перенос сознания в защищённый мобильный блок — бывший нейроинтерфейс.

Таких нам, естественно, не попадалось, но и достигших конечной точки — цифрового бессмертия, — были единицы. А вот вставших на такой путь — очень много. Вот и нападали на форт паразиты с разным прогрессом.