Но она продается и покупается. Есть соглашение сторон, значит, она будет стоить столько, сколько должна. Вы же наверняка знаете, что доллар – обычная, ничем не обеспеченная зеленая бумажка. Но ее принимают во всем мире. Важно, как ее оценивают покупатели и сколько она стоит на данный момент по отношению к другим валютам. Все это условности, но так устроена рыночная экономика.
– Рыночная экономика держится во многом на принципах пуританской морали, – возразил Дронго, – много работать, не лгать, не воровать, не обманывать ближнего своего, не кичиться своим богатством.
Если бы вдова Леонтовича нашла хорошего юриста, она заставила бы компанию платить в три или в четыре раза больше.
– Согласен, – кивнул Бабаян, – но она даже не подумала о юристе. Ее вполне устраивали наши предложения.
– Мы говорим о разных вещах, – вздохнул Дронго. – Но все равно спасибо вам за помощь.
– Пожалуйста. – Бабаян поднялся, кивнул на прощание и поспешил на свое рабочее место.
– Она могла получить гораздо больше, – задумчиво произнес Вейдеманис.
– Господин Пашков начинает нравиться мне все меньше и меньше.
– Как и мне, – признался Дронго. Он снова достал телефон, набирая номер своего знакомого, президента Союза нотариусов России Натига Агамирова. Услышав знакомый голос, Дронго радостно поздоровался:
– Здравствуй. Извини, что звоню к тебе только тогда, когда ты мне нужен.
– Ничего страшного. Я бываю нужен многим, – ответил Агамиров. – Что случилось?
– У меня к тебе большая просьба. Недавно в Москве убили известного бизнесмена и главу компании Всеволода Пашкова.
Может, слышал об этом?
– Конечно, слышал. Об этом уже написали все газеты. Кажется, его закололи ножом. Какой-то случайный грабитель. На глазах у жены и друзей.
– Не совсем так, но похоже. Можешь узнать, не оставлял ли он завещания? Может, сделал его как раз перед тем, как его убили?
– Между прочим, это тайна, о которой нельзя спрашивать, – рассмеялся Агамиров. – Это противоречит деловой этике нотариуса и вообще противозаконно.
– Ты меня не понял. Я же не прошу тебя достать мне его завещание. Только хочу знать – обращался он к нотариусу или нет.
– Как я могу узнать? Ты знаешь, сколько нотариусов в городе?
– Наверняка с такой крупной компанией и с таким важным клиентом работают только несколько человек. Твой секретарь может обзвонить их за час.
– Ты не представляешь, как это сложно, – пробурчал Агамиров. – Каждый из них задаст кучу вопросов и будет считать меня их личным должником.
