Игу с удивлением рассматривал то, что слепая держала в руках. Девочка соорудила куклу. Круглая голова была плотно набита лоскутками, шея перевязана толстой ниткой, узелки на углах полотна изображали кисти и стопы.
— Что это? — спросил он.
Девочка ткнула пальцем в стену, за которой располагалась комната Рэма. Затем маленький пальчик уперся в грудь Игу. После этого тряпичное безобразие с величайшим почтением было вложено в руки юноши.
— Я должен передать это Рэму? — немного подумав, спросил он.
Девочка радостно закивала.
Какое-то время Игу рассматривал черную повязку, надежно скрывающую глаза девочки, а затем решительно сказал:
— Пожалуй, отдашь сама. Идем, у меня есть идея.
Слепая прижала игрушку к груди и с готовностью ухватилась за ладонь Игу."
"Рэму снился огонь. Он плыл в бесконечном огненном океане. Кожа горела, каждая клетка его тела превратилась в ожог, губы распухли, а язык не ворочался. Казалось, эта боль никогда не кончится. Иногда он просыпался и обводил мутным взглядом свою темницу. Тогда он понимал, что происходит, стискивал зубы и снова засыпал.
В какой-то момент он услышал отдаленное лязганье решетки, но едва нашел в себе силы, чтобы открыть глаза и обернуться.
На столе стояла еда. Рэм выхлебал кружку воды и отвернулся к стене, снова проваливаясь в огненный сон. В следующий раз его разбудили голоса. Визгливые, искаженные, просящие и требовательные. Юноша приподнял ресницы и взглянул в сторону решетки. В коридоре маячила знакомая до боли фигура Литто Кенлу. Кажется, он спорил о чем-то со стражниками.
Рядом с ним вертелся Кан, чуть в стороне стоял Игу.
Глаза Рэма снова закрылись. Когда он в следующий раз проснулся, жар немного спал. Он выхлебал еще одну кружку воды, заботливо оставленную кем-то из стражи, и повернулся к выходу.
В коридоре никого не было. У стены, прямо под фреской, сидела Ри. Казалось, Всевидящая парит у нее над головой. Создавалось жуткое впечатление, что гротескная фигура сейчас сойдет со стены и убьет ее. На мгновение Рэма обуяла непонятная тревога, и он позвал:
— Ри! Не сиди там.
Девочка вскинула голову, торопливо встала и подошла к решетке. Рэм, пошатываясь, сделал то же самое. Слепая вскинула голову, словно заглядывая юноше в лицо, а затем протянула руку. В ней была зажата простая тряпичная кукла из тех, которые делают своим детям бедняки из трущоб.
— Это мне? — хрипло спросил Рэм.
Девочка кивнула.
— Прости, тут печать, я не смогу это взять, — терпеливо пояснил изгой.
Но девочку это не остановило.
