Несколько мгновений он молча оглядывал покрытый сплошным слоем пепла пол, а затем поднял глаза на своих нерадивых учеников и спросил:
— Что здесь произошло?
Глава 37
Кан посмотрел на своего учителя и, заикаясь, сказал:
— Т-тейлы р-рас-расплодились, п-при-пришлось искать п-помощь.
Рэм почувствовал, что оба напряглись. Кажется, их, и правда, не жалели, и гнева наставника оба побаивались. Лицо Литто было невозмутимым, но это было показное спокойствие.
Старик окинул взглядом усыпанный пеплом пол и сказал:
— Это я вижу.
Я о другом.
С этими словами он ткнул клюкой куда-то вверх. Рэм вскинул голову к потолку и на несколько мгновений потерял дар речи. На том месте, где только что сидели твари, остались полустертые руны. Юноши несколько мгновений рассматривали их, а затем изгой уверенно сказал:
— Усиление. Кто-то использовал рунную печать, чтобы вызвать взрывной рост колонии этих существ. Как вы их зовете? Тейлы?
Старик удивленно хмыкнул, а Литто спросил:
— С чего ты взял? Я никогда не видел такого порядка рун.
Рэм мысленно обругал себя и уклончиво ответил:
— В библиотеке клана Хенсо хранится много интересного. Видел в одной старой книге.
Но по взгляду старика изгой понял, что обмануть его не удастся. Он вроде бы дружен с Мирэ. Интересно, тот поделился откровениями Рэма или нет? И если да, то поверил ли он?
Учитель еще несколько томительно долгих минут обходил зал по кругу, стуча посохом. Наконец, он сказал:
— Вон отсюда. Дальше я сам. После обеда отправьте своего сокурсника обратно к Мирэ.
Еда в доме огненных оказалась простой и сытной. Ничего общего с изысканной кухней, которую так ценил Мирэ. Рэм умял свой обед за несколько минут и засобирался домой. Но за дверью столовой его ждал хозяин дома. Старик смерил изгоя внимательным взглядом и сказал:
— Идем со мной, Рэм Хенсо. Нужно поговорить. А вы, бездельники — марш медитировать! Резерв сам себя не восстановит.
Кана и Литто как ветром сдуло. Рэму ничего не оставалось, кроме как шагать вслед за стариком по стылым каменным коридорам замка.
Кабинет хозяина оказался обставлен очень просто. Массивный стол и кресло без лишних украшательств, темное дерево на стенах, на полу — шкура какой-то здоровенной полосатой твари. У огромного камина стояли еще два кресла. Старик опустился в одно из них и ткнул посохом во второе, приказывая Рэму сесть. Изгой послушно сел.
— Зови меня господин Динтау, — проворчал его собеседник.
По щелчку его пальцев в камине вспыхнуло пламя.
