Гвардеец недоверчиво посмотрел на Рэма и спросил:
— О чем ты? Мальчишка унаследовал пять стихий?
— Да, — с ноткой самодовольства ответил Мирэ. — Думаешь, почему я его взял? Мальчик талантлив.
— Был потенциально талантлив, — поправила его пожилая дама. — Теперь у него нет клановой татуировки, а это затрудняет управление даром. Жаль, что такие хорошие данные пропадают.
Рэм опустил взгляд и в очередной раз сжал кулаки. Он снова вспомнил произошедшее во дворе. Да, именно это напоминали ему серые хлопья, которыми осыпался колючий куст, созданный Томо.
Пепел. Легендарная магия пепла, пепельный шторм… Отец всегда мечтал обрести его, но не успел.
Учитель почувствовал его настрой и резко сменил тему. Рэм вполуха слушал о каких-то дрязгах в Совете Академии, пока разговор не перешел на интересное.
— Турнир в этом году обещает быть жарким, — вещала блондинка. — Старшие курсы доросли до серьезных боев, а на первом курсе, говорят, учится Мастер Стихийного Меча.
— Да еще и огненного… — подхватил гвардеец. — Литто Кенлу это нечто.
Лучше один раз увидеть его в бою, чем сто раз услышать об этом.
Рэм мысленно согласился с ним. Он помнил сражение с мстительными тенями на экзамене, невероятную скорость мечника и точность его ударов. На это стоило посмотреть.
Пожилая женщина степенно произнесла:
— Мастер Стихийного Меча в его годы — это, и правда, удивительно."
"— В этом году выиграет моя команда, — лениво сказал Мирэ. — Даже мечник не поможет Дину стать первым.
— В прошлом году первым была команда Зау, — напомнила девушка.
Рэма снова окинули критическими взглядами. Гвардеец осторожно сказал:
— Ты, и правда, считаешь, что он победит с отсутствием клановой татуировки? Прости, Юги, но даже если он пробудит все пять стихий, я сильно сомневаюсь в таком исходе.
— Если он пробудит все пять стихий, — холодно парировал Мирэ, — Школьную арену придется собирать по кусочкам. Будем верить в лучшее — что мои ученики просто победят.
Рэм с досадой смотрел на снисходительные улыбки и продолжал внутренне кипеть.
Больше всего на свете ему хотелось заставить их себя уважать. Точнее, всех в этом зале. Вернуть былую славу клана. Самому стать частью клана, которым он сможет гордиться.
Когда Мирэ соизволил покинуть сборище и отправится на поиски бокала более изысканного напитка, юноша не удержался и спросил:
— Вы правда думаете, что мы можем победить?
— Конечно, — покосился на него учитель. — В конце концов, я взял вас не для того, чтобы вы бездельничали. Будете тренироваться.
