Классический Эндшпиль

Девушек я отвел в свою спальню и прямо спросил Гангу:

– Родная, мне не нравится твое настроение. Что случилось?

Ганга, пряча глаза, помолчала, но затем, видимо справившись с волнением, произнесла:

– Я почувствовала, что теряю тебя, Ирри.

– Как теряешь? – удивился я.

– Не знаю. Я ощутила себя одинокой и вышла на берег залива, посмотрела на баржи и почувствовала боль утраты. Я не могу это объяснить, но знаю, что нам нужно готовиться жить без тебя, Ирри.

Чернушка нахмурилась, но промолчала.

– Не говори глупости, Ганга, я никуда не собираюсь деваться.

– Ты, может быть, и не собираешься, но опять улетишь, и, возможно, навсегда. Я это чувствую вот тут, – и она ткнула рукой под сердце.

Я крепко обнял ее и прошептал:

– Верь мне, я не брошу тебя. Где бы я ни был, куда бы ни занесла меня судьба, я вернусь. Верь и не сомневайся.

Она вздохнула, и по ее лицу потекли слезы. Но я почувствовал облегчение. Она справилась со своей скорбью и поверила мне.

Чернушка тоже вытерла накатившую слезу.

– Гангочка, ты зря так говоришь, я ничего не чувствую, кроме того, что мой ребенок шевелится.

– Давай, – произнесла Ганга и высвободилась из объятий. – Теперь куда нам? – спросила она.

– Ждите здесь, мне нужно понять, что происходит на планете.

– А нам можно посмотреть? – нерешительно спросила Чернушка.

Я подумал и понял, что нельзя.

– Нет, – ответил я, – это не для смертных, за это накажут. Сидите тут.

Поцеловав обеих женщин, я вышел на балкон, где стояли три брата и Авангур.

Я подошел ближе и поприветствовал братьев: Велеса, Торна и Бортоломея. Тоже посмотрел вниз и увидел, куда они смотрели. Там был залив, мои баржи. Длинный обоз медленно выдвигался вдоль гряды Старых гор по дороге, отремонтированной имперцами.

– Что ищете? – спросил я.

– Не ищем, хотим посмотреть, как ты будешь перетаскивать корабли в другое место, – ответил Бортоломей.

– Ага, – поддержал его Велес, – и я вот думаю, зачем тебе столько благодати, командор, если ты не знаешь, как ее использовать, и тратишь на всякую ерунду.

– М-м, интересное заявление, – хмыкнул я. – А куда вы хотите потратить свою благодать?

– Известно куда, на укрепление власти, – ответил Торн.

– А власть у меня есть, и я могу потратить благодать как захочу. Вот сейчас хочу потратить на перенос кораблей, но не знаю, как это сделать.

– Я научу, – оживился Бортоломей, – а ты, командор, отдашь мне часть своей благодати.