Классический Эндшпиль

– Какой молодец! – уважительно поцокала языком девушка. – Вы так забавны! Я оставлю вас до утра, а утром, мой дорогой, придумаю для тебя занятие. Ты сделаешь все, что я прикажу, с моей сестрой.

– Хочешь, чтобы я ее изнасиловал? – спросил Прокс, и Генриетта рассмеялась еще громче.

– Ты? – спросила она. – Ну, уморил! – Затем стала серьезной. – Насиловать ее больше не надо, она это уже проходила, мне надо стать более искусной в области мук. Я хочу сравниться с Мануваром. Марчек, пои этого, но мою сестру не трогай, я утром приду.

– Все исполню, госпожа, – раболепно промычал палач и низко поклонился.

Генриетта ушла, очень довольная собой, это видел Прокс. И когда она вышла, он посмотрел на возмущенную Исидору.

– Алеш, ты негодяй, – тихо, но с неприкрытой яростью начала говорить она. – Я твоя жена, а ты со мной так поступаешь. Думаешь, что тем самым сохранишь свою гаденькую жизнь?

– Ты мне не жена, – ответил Прокс.

– Как это не жена? – возмутилась девушка.

– Если так, то помолчи, тебя вон Марчек слушает.

– Почему я должна молчать?..

– Заткнись! – приказал Алеш и, посмотрев на палача, спросил: – Ты можешь завязать ей рот?

Палач радостно растянул губы в широкой довольной улыбке и отрицательно покачал головой.

– Не могу, красавчик, госпожа запретила. Пить хочешь?

– Хочу, – ответил Прокс.

– А ты действительно смешной, – пробурчал палач и подал ему кружку с водой.

– Так у меня руки связаны.

– Ну, тогда не пей, – ответил палач и громко рассмеялся, убрал кружку и пошел прочь. Прокс, глядя ему вслед, понял, что этот кусок мяса так развлекается. Он посмотрел на Исидору и подмигнул ей, та ответила ему рассерженным, злым взглядом.

– Я ненадолго отключусь, – тихо сказал он девушке. – Мне нужно привести организм в порядок, нейтрализовать яд и быть готовым к действиям.

Исидора взглянула на Алеша широко открытыми глазами и лишь кивнула.

Прокс не знал, сколько времени он провел в состоянии анабиоза. В этом состоянии у него отключались почти все жизненные функции, кроме восстановления, которое было сродни воскрешению. Но его вернул к реальности голос, который начала транслировать нейросеть. Он вновь обрел способность слышать и думать.

– Господин… Господин Алеш, – шептал тихий голос, и кто-то осторожно трогал его за плечо.