Клеймо тирана (СИ)

— Долго ждать придется, — шипит Зверев, впиваясь в мою задницу пальцами, наверняка оставляя следы. — Он сгниет в тюрьме, а ты если будешь сильно рыпаться, отправишься к Гоше, он очень хочет порвать тебя лично.

— Лучше к ним, чем с тобой, сволочь бесчувственная! — рычу в подушку и снова вскрикиваю. От удара.

— Так и быть, отправлю тебя завтра им, но сегодня придется потерпеть мое присутствие, — рявкает он и вдруг сжимая силой ягодицы, раздвигает их, принимаясь смачно вылизывать. Я дергаюсь, хочу оттолкнуть его, прекрасно понимая, что он затеял.

— Не надо, ты же убьешь меня! — хочу повернуться, дергаюсь, как уж на сковородке, но, чем сильнее дергаюсь, тем сильнее он стискивает задницу, продолжая орудовать языком между булок. Я уже в голос реву, а он все елозит и елозит. Внутри рождается проклятое тепло, ведь он то и дело задевает клитор. Я бью кулаками в матрас, но не могу даже двинуться, освободиться, чувствуя как яд похоти растекается по венам, стекая смазкой по бедрам. Нет— нет, не может быть, я не могу возбуждаться от действий этого чудовища, не могу даже подумать об этом.

Вчера тоже… Как я могу. Я предательница, я изменщица.

— Прошу, не надо так. Лучше трахни, сделай больно, но перестань это делать, — ору как резаная, когда вдруг все заканчивается, он убирает губы, освобождая меня от порочного плена, но между ног все равно все пульсирует, трещит от напряжения. Я захлебываюсь рыданием, когда он приставляет тяжелую головку к крошечной дырочке, чуть нажимает

— Сейчас головка зайдет, потом легче будет, — он еще и успокаивает, дергаю рукой, но достаю лишь до бедра, царапаю его как можно сильнее.

Он лишь шумно вздыхает, делает рывок, проникая в меня своим чертовым стальным набалдашником, Я готовлюсь орать, но мне лишь дискомфортно, так что я сжимаю руками подушку и вою в нее, ощущаю, как распирает изнутри, как он двигается во мне, даже не намереваясь жалеть.

— Ненавижу тебя, — глупое, бессмысленное заявление, он уже внутри, но я все равно снова и снова повторяю, — Ненавижу, ненавижу!

— Та же фигня, — пыхтит он, толкая свой отросток все дальше, давя на стенки, сворачивая нутро унижением.

Зачем он так, ну что я ему сделала. Я просто не хочу с ним быть, не хочу.

Он проникает все дальше, распирая меня своей стальной плотью. Неприятно, но иначе, чем когда насиловал в первый раз, иначе, чем вчера, когда просто терся об меня. Он пальцами трогает мой клитор, другой рукой нажимает на грудь.

Я стискиваю челюсти, сжимаю зубы, готовясь пережить все.