Клеймо тирана (СИ)

Он проводит по спине кончиками пальцев. От шеи, по позвонкам, до самого копчика. Сильно давит, заставляя принять себя до конца. Глубже, чем в прошлый раз.

Я пытаюсь осознать себя в этом действии. Не решаюсь что — то делать, просто жду, когда он сам примется за растерзание моего достоинства. И долго ждать не приходится. Он просто приподнимает меня, начиная жестко всаживать свой кол.

До пошлых чавкающих звуков, до стонов на каждый жесткий толчок.

На уровне подсознания, я все еще жду боли.

Но она не наступает даже когда он ускоряется до предела.

Сильно. Жестко. Остервенело.

Пока под веками не скапливаются искры, пока мой мир не готов взорваться красками.

Он сбрасывает меня с себя, прижимает ладонью живот, не давая миру внутри окончательно рухнуть. Скотина! Он изобрел новый способ экзекуции.

Я открываю глаза, смотря на него с ненавистью. Второй раз.

— Нихуя… Я только начал, — разворачивает меня спиной, врывается на полной скорости и только тогда ставит на четвереньки.

Сжимает пальцами плоть ягодицы, натягивает на себя, потом просто берет за волосы, прогибая в пояснице.

Я полыхаю как на огне от близости его тела, от размеренных толчков внутри себя.

Леон жалит кожу на шее, наращивая темп, пошло ударяясь яйцами о влажную промежность. По ногам уже стекают капли. То ли пота, то ли смазки, что сочится на каждое непристойное движение.

Новая порция оргазма подбирается незаметно, накрывает резко.

Оттянуть его не получается.

В этот раз такой силы, что даже Леон не будет в силах это остановить.

Он только выходит на миг, чтобы перевернуть меня, накрыть телом и всадить в меня снова,

на этот раз с большим трудом и легкой болью.

Но мне уже плевать на любые его манипуляции.

Меня глушит лавиной, не давая не дышать, не говорить.

Я бьюсь в судорожном экстазе, сотрясаюсь всем телом,

Чувствую, как член внутри меня стал как будто еще больше.

А может просто я сжимаю его мышцами влагалища.

Распахиваю глаза на мгновение, врезаюсь в сетчатку его глаза.

Он так смотрит, словно убить готов. Пугает, будоражит.

Гладит мой живот, грудь, пока меня выгибает от очередной волны удовольствия. Неправильного, постыдного, но такого острого, что все остальное становится неважным.

Прихожу в себя, Леон наклоняется и целует меня, жадно, напористо, начиная двигаться внутри иначе.