Тот садится за руль, а у меня желание зашкаливает просто задушить его.
– Опасно сажать сзади того, кто ненавидит тебя. Так можно и в аварию попасть.
Захар оборачивается и на меня смотрит, снова усмехается, пройдясь от светлой мокрой футболки до штанов. Заставляя прокручивать каждую эмоцию от недавнего оргазма.
– Это Матвей. И пару минут назад он предложил трахнуть тебя на двоих. Будешь чудить, я соглашусь.
Я сглотнула, бросила взгляд на этого Матвея. Он смотрел липко, ощупывая меня глазами, словно зная, что происходило на пирсе.
Наверное, я дура, но уж лучше один насильник, так сказать, постоянный, чем двое. Я читала, чем это может закончиться. И что боль, что испытала я, может быть только цветочками.
– Так и думал, что нравлюсь тебе больше, – газует Захар, а я отворачиваюсь. Говорить с ним бесполезно, доказывать что-то тоже.
Лучше смотреть на дождь, которой теперь не будет напоминать мне о детстве.
Теперь он будет напоминать мне, как стал свидетелем моего позора.
****"
"Глава 6.
Машина срывается с места. Меня вжимает в сидение, словно в ракете.
Я обнимаю себя руками. Стараюсь не замечать, что мужчины, если их так можно назвать, постоянно на меня посматривают.
Я бы выпрыгнула из машины, даже на полной скорости, но умирать мне не хочется.
Почему-то впервые за свои двадцать лет я подумала, что не хочу умирать. Словно уже стою на грани. Ведь этим уродам ничего не стоит еще пару раз меня изнасиловать, зарезать как свинью и скинуть в реку.
А может это у них развлечение такое?
Эх, если бы я успела прыгнуть в Неву. Я бы переплыла на другой берег и переждала бы интерес этого мудака на вокзале или вовсе съездила бы к матери.
Интересно у них тоже сегодня дождь?
Если да, то маме поливать грядки не придется.
Еще одна причина его любить.
Только вот холодно как – то. Несмотря на теплый салон, начинает морозить до зубного стука.
Но его вдруг заглушает мелодия моего мобильного.
Сама не знаю почему, но я застываю.
Не в силах оторвать взгляд от окна, за которым Питер буквально укрыл серый дождевой покров.
Мысли мечутся как ветки на деревьях при порыве ветра – туда-сюда. Я не хочу разговаривать сейчас с мамой, а звонить может только она. Неужели чувствует, что дочь в беду попала?
Неужели понимает, что мне возможно наступил конец?
Я не хочу брать трубку, но если не возьму… Черт… Возможно никогда больше не смогу с ней поговорить. Не скажу, как сильно ее люблю.
