Но не приготовиться к случайности было бы рискованно. Я выпрямился, добрался до кустарника, росшего на краю городка, и довольно долго ходил там большими кругами, прежде чем вернуться в салун. Нигде в городе больше не горел свет.
Я толкнул дверь и вошел. За столиками сидело трое.
Бармен поднял голову и посмотрел на меня, а потом его взгляд скользнул в сторону человека, пристроившегося в конце стойки. Не думаю, что бармен хотел мне этим что-то сказать, он мог смотреть на человека просто потому, что тот пришел передо мной.
Это был высокий, худой мужчина с жесткими чертами узкого лица.
Я держал винчестер в правой руке, подойдя к бару, положил левую руку на стойку.
— Хлебной водки, — сказал я, а затем достал револьвер и под прикрытием стойки быстро приставил дуло к груди незнакомца.
Никто не мог видеть, как я это сделал. Взяв стакан, я посмотрел на джентльмена и произнес:
— Кто-то выстрелил в меня там, около загона.
Не собираясь разыгрывать громкую сцену, я без вызова произнес эти слова, глядя на него.
Дело в том, что на каблуки его сапог налипла грязь, а грязь, насколько я знал, была только около загона, где находились поилки с водой.
Он взглянул прямо мне в лицо.
— Это был не я, — сказал он. — Иначе я бы тебя убил.
— Думаю, это был ты, — возразил я. — У тебя на сапогах грязь.
Его руки лежали на стойке, и когда он резко опустил одну из них, чтобы выхватить револьвер, я нажал на спусковой крючок
Пуля сорок четвертого калибра отбросила его назад и заставила сделать пол-оборота.
Я выпустил еще один заряд в потолок и, выйдя из-за стойки, подошел к нему.
Он все еще держался на ногах и в полусогнутом положении отступал к стене, а я шел за ним, как кот вслед за жертвой.
— Ты один из тех, кто убил мою жену?
Он уставился на меня с искренним изумлением.
— Жену? Черт, нет. Я… Ты пытался убить босса. Там, в… Моголлоне. — Он медленно выговаривал слова, глаза его стекленели.
— Босс лгал тебе. Ты умираешь даром. Кто твой босс?
Он только посмотрел на меня, но так и не ответил, даже не попытался ответить.
Когда я повернулся, бармен стоял, держа обе руки на стойке, чтобы их было хорошо видно, и все, кто находился в зале, следовали его примеру.
— Ты воспользовался своим преимуществом, — сказал один из них.
— Мистер, — возразил я, — мою жену убили. Она дралась, пытаясь защитить себя. Мой фургон сожжен, мулы убиты, и сорок человек потратили целую неделю или больше, прочесывая горы, чтобы убить меня. Один из них выстрелил мне в затылок.
