В то время Дикая Рожь представляла собой крошечное поселение Оглетри. Здесь находились еще одна бревенчатая хижина поменьше, землянка и два индейских вигвама, расположенных на другой стороне Ржаной реки. В небольшом загоне для лошадей имелся желоб, всегда наполненный чистой ключевой водой. Рядом располагался навес, где Оглетри готовил виски.
Внутри трактир имел не лучший вид. Прилавок, позади которого висел ряд полок, стол, три стула и ящик, а также низкая скамья, на которой стоял бочонок с краном, да незастланная постель — вот и вся обстановка.
На полках стояло несколько коробок с патронами и разнообразные дешевые безделушки, которые представляли интерес только для индейцев. Комнату обогревал камин.
— Накормишь, хозяин? — властно спросил Аллен.
Оглетри продолжал мыть посуду, оставленную двумя Сэкеттами, и был целиком погружен в это занятие добрую минуту, прежде чем ответил:
— Тушеное мясо, хотите?"
"— Оно съедобное? — продолжал допрос Аллен. — Я хочу сказать, годится ли оно для еды?
— Двое парней, который только что ушли, не жаловались.
Съели все до последнего кусочка.
— Это были мои люди?
Оглетри обернулся и посмотрел на Аллена с затаенным злорадством.
— Они сказали, что охотятся за вашими людьми. Их фамилия — Сэкетт.
Аллен и Сонора Макон, который стоял в дверях, переглянулись.
— Молодые? Это были молодые парни?
— Одному, может быть, лет восемнадцать… другой примерно на год старше. Конечно, я только предполагаю. Но они молоды.
— Это те двое, которые убили Доди, Рилэнда и Коллинса, — сказал Макон.
— Нужно схватить их, босс.
— Подожди, — возразил Аллен. — Никуда они не денутся. Я голоден.
— Они не убегут, это уж точно, — усмехнулся Оглетри.
— Тебя никто не спрашивает, — отрезал Аллен. — Ладно, давай свою тушенку.
Он закончил есть и зажег сигару, когда подъехал Дэнсер. Дэнсер вышел из игры. Он расстался с «Ленивой А» и был рад этому, но не рассказать новости, которые узнал, было выше его сил. Он вошел в комнату и спросил чашку кофе.
— Аллен, говорят, у тебя теперь новый партнер?
— С чего ты взял?
Дэнсер пожал плечами:
— Первое, что он сделал, это уволили всех тех ребят, которых ты нанял.
Сказал, что не заплатит им ни цента за стрельбу.
Теперь все внимание находящихся в комнате было обращено на него.
— Что-то я не пойму, о чем ты толкуешь, — прогремел Аллен.
— Свэндл продал свою долю. Он назвал цену и все продал. Теперь он уже, наверное, на полпути к Прескотту.
— Не верю. У него не хватило бы духа продать.
