А когда я понимаю, зачем, кровь стынет в жилах.
Ресторан заполняют мужчины. Известные политики, деятели, которых мы часто видим по телевизору или слышим новости о них в сети. Но помимо них присутствуют люди, с которыми лучше не встречаться в темном переулке, а еще лучше вообще никогда не видеться. Будут праздновать чей – то день рождение. Уже привели девочек, лица некоторых мне даже знакомы. И страшно, что этих девочек мужчинам после пары бутылок станет мало.
Но страх перед возможными событиями, не сравнится с тем, когда за одним из столов я неожиданно увидела Леона, смотрящего на меня так, словно я уже сгораю на костре правосудия.
И именно он был тем, кто вынес мне приговор и поджег.
Глава 16.
По коже разливается жар, в горле тут же горчит. Я не знаю почему, но мне вдруг становится стыдно за то, что я тут нахожусь. Словно сама нарываюсь на очередное изнасилование. Но это не так! Не так! Даже в детдомовские временя я делала все, чтобы не привлекать к себе внимание. Не всегда получалось, но Коле удавалось спасать меня.
А сейчас. Этот Леон так смотрит, словно я эту неделю я сильно скучала по члену в своей заднице. Тут же вздрагиваю, вспоминая неприятные ощущения. Отворачиваюсь, но все равно чувствую горящий взгляд на своей заднице. Закрываю глаза и вздыхаю. Я не сделала ничего плохо. Ничего! Это моя работа и я даже не планировала танцевать. А значит мне нечего стыдиться. И пусть смотрит в спину сколько угодно, пусть даже заберет свою стиральную машинку, я не буду чувствовать стыда. Не должна."
"И все равно чертовы мурашки разливаются по коже, заставляя ежиться.
– Так, девочки, встаем в ряд и не забываем улыбаться, – дает напутствие Рината, а мы с Юлей переглядываемся. По ее глазам видно, как сильно я ее подвела. Да я и сама не ожидала, что такое может происходить. У нас вполне приличный клуб. Ну то есть, я конечно знаю, что девчонок могут выкупить на некоторое количество часов, называется это «уволить», но я никогда бы не подумала, что к этому могут принудить насильно. Обычно я приходила только танцевать и сразу уходила, работала официанткой крайне редко, тем более не обслуживала банкеты.
А тут такое…
– Рината, это безопасно? Они будут держать руки при себе?
– Ты же вроде подзаработать пришла? – удивляется она, так словно я спросила несусветную глупость. – Будешь вести себя хорошо, получишь щедрые чаевые.
– А если не буду?
– Некрасова, не выноси мне мозг.
– Ну причем тут выносить, я не соглашалась становиться игрушкой для утех этих животных.
