Этот клоун врач осматривает меня, а я отворачиваюсь, к груди плотнее покрывало прижимаю. Больно то как, до тремора конечностей."
"– Оу, кто ее так.
– Я.
Еще погордись этим придурок.
– Хоть бы смазал чем.
– Не до этого было.
– Она девственницей была. Порвал ты ее малехо. Надо подшить.
– Я же говорила! – кричу, а он лишь зыркает в меня. – Я была целкой!
– Рот закрой, скажи спасибо, что жива.
– Да я лучше сдохну, чем еще раз это переживу! Урод! Отпустите меня!
– Заебала орать, вколи ей что – то и подшей как надо.
Я снова пытаюсь сопротивляться, но он просто удерживает меня, пока доктор вкалывает мне какое – то вещество. Хоть бы яд. Хоть не слышать их разговора о том, что этот монстр решил оставить меня себе, поэтому и обращаться надо со мной хорошо. Словно вот так просто можно забрать человека себе, словно я игрушка.
Глава 4.
Прихожу в себя в палате. Тут светло, очень тихо и только шаги за дверью раздаются. Я двигаю руками, ногами. Не привязана и хорошо. Боль внутри тела не такая сильная, могу соображать.
Спускаю ноги на линолеум. Уже не голая, тапочки даже выделили.
Оборачиваюсь на каждый звук, дергаюсь от каждого шороха.
Пытаюсь встать, но ноги болят как после многочасовой тренировки. Между ног еще тянет, но терпимо. Настолько, что могу встать и пройти несколько шагов. Да уж, танцевать мне еще неделю точно не придется.
В палату входит медсестра и я тут же застываю.
– О, ты уже встала. Пойдем тогда до перевязочной.
– Не хочу, – оглядываю за ней коридор, все тело готовится к новой встрече с врагом.
Но никого нет и только медсестра полная снисходительно улыбается. Так и хочется спросить, а тебя насиловали дубиной, рубили душу на корню, забирали на твоих глазах любимого?
– Ну смотри, получишь инфекцию, придется тебя перевести.
– Куда? В инфекционный?
– Нет, глупышка, в морг.
– Это у вас юмор такой? Вам смешно? Вам часто вот так покалеченных привозят?
– Руки ноги есть, голова на плечах, говорить можешь? Так в каком месте ты покалеченная? И хватит ныть, иди давай на перевязку, у меня времени с тобой возиться нет.
Только накинь халат, вон он, на тумбочке.
Она уходит, а мне не остается ничего, как последовать ее инструкции, мысленно проклиная всех вокруг. В особенности доктора и медсестру, которые ничего в произошедшем страшного не видят. Интересно, а если я пойду в полицию, там мне тоже скажут: «Главное, жива?»
В процедурной та самая медсестра и этот «док» с мерзкой улыбкой.
– О, Верочка решилась, проходи, посмотрим тебя.
