Она отзывчиво реагировала на его провокации и вызовы, а потом вечно корила себя за эту порывистость и несдержанность, потому что рядом с ним опасно было поддаваться соблазнам, ему опасно было доверять…
Лука с жадностью захватил женские губы, бесстыдно терзая и атакуя упругими толчками языка. Тонкие запястья оказались прижатыми к постели. Прерывисто и выверенно двигая бедрами, он сладко имел членом узкое влажно хлюлапющее лоно, то мучительно неспешно дразня и поглаживая, то отрывисто атакуя самый вход, то резко и часто ударяясь в глубину.
С удовлетворением чувствовал, как с каждым движением нежная плоть набухает, крепче охватывая член, и нервно вздрагивает от подступающих спазмов. «Тебе нравится, когда тебя грязно ебут, Кристина? Или нравится это только со мной?» Перед внутренним взором встала красная пелена, как кровавый закат. Оторвался от женский губ и вонзился голодным укусом в сосок, всасывая его в себя, жарко потягивая, трепля в беспамятстве, щекоча языком и вылизывая. Громкие женские стоны и нежный лепет отозвались волшебной музыкой в ушах.
Он принялся трахать яростнее и неразборчивее, все отчетливее упиваясь воображением и представляя себе совсем другую женщину, отчаянно бьющуюся под ним в нетерпении и стыдливом смятении.
— Чш-ш-ш, — зашипел горячо, накрыв ладонью судорожно хватающий воздух ротик. — Соси, — приказал коротко, насильно толкаясь указательным и средним пальцами между покорно разомкнувшихся губ. Закинул стройную женскую ножку себе на плечо, продолжая неистово долбить в жарко пульсирующую плоть и притираясь лобком к клитору.
Сам зарычал от остроты эмоций, еле сдерживая на губах пьянящее имя «Кристина» и всасываясь в истерзанный и разгоряченный им сосок. Когда почувствовал ее оргазм, сам зарычал в унисон с женскими стонами, добивая, выкладываясь по полной, обильно кончая в отзывчиво пульсирующую глубину.
Как только почувствовал полное физическое удовлетворение, к горлу тут же подкатила горечь и отвращение к себе самому. Откинулся на спину, не в состоянии больше терпеть близость, но через некоторое время покорно обнял прильнувшую к нему жену одной рукой.
Она все еще часто дышала, уткнувшись носом ему в грудь, и растерянно теребила пальчиками его вымокшую рубашку. Пожалуй, она была слегка в шоке от непривычного напора и уж точно ничего не подозревала о позорной подмене в его голове. Немного погладив жену по спине и поцеловав в макушку, собрался встать, чтобы сходить в душ, но Елена осторожно обняла, не пуская.
