Фоном звучит расслабляющая музыка. Но это всё второстепенно. Возле кушетки стоит Денис. В белой футболке и таких же лёгких штанах. Такой простой и одновременно мужественный, подтянутый, молодой, красивый, сильный. Мой.
Молча запираю дверь, снимаю чёрные очки и кидаю их вместе с сумкой в кресло. Замираю, рассматривая моего молодого зверя.
Он тоже замер. Встречаемся глазами. Зависаем. Хочется сорваться, кинуться к нему и отдаться без разговоров и прелюдий. Мне сейчас ничего не нужно. Ни слов, ни ласк. Мне нужно почувствовать этого мужчину и понять, что я жива и свободна.
— Массаж... — усмехаюсь. — Как ты это организовал? — выгибаю бровь.
— Добрый день, Нелли Константиновна, — низко и немного хрипло произносит Денис. — Раздевайтесь, ваше время пошло.
Мне нравится эта игра.
Хватаю подол платья и снимаю его через голову, кидая в кресло, продолжаю смотреть Денису в глаза, замечая, как напрягаются и играют его мышцы. Снимаю туфли.
— Белье тоже, — произносит Денис. — Можем испачкать его... — делает паузу. — Маслом, — договаривает.
— Не помню, чтобы заказывала такую услугу, — ухмыляюсь я.
— Всё включено, Нелли... — снова пауза, его горячий взгляд. — Константиновна.
Снимаю бюстгальтер, наслаждаясь тем, как дёргается его кадык. Медленно стягиваю трусики, отшвыривая белье в кресло.
Какой массаж? Я уже мокрая, как голодная самка, и на всё готовая.
— Ложитесь, Нелли Константиновна.
Не знала, что мое имя-отчество может звучать возбуждающе.
Он подает мне руку, помогая расположиться на кушетке. Как бы невзначай прохожусь ладонью по его уже возбужденному паху.
— Нелли Константиновна. Прекратите меня домогаться. Еще не время.
— Какой строгий массажист.
Ложусь на живот, расслабляюсь. Слышу, как он обходит кушетку. На мою спину льется теплое масло, прикрываю глаза.
Мужские руки умело распределяют масло по моему телу, вызывая мурашки по коже и волны тепла.
Я хочу умереть в этом моменте. В полном умиротворении. Постанываю, когда мужские ладони проминают мышцы, подбираются к бедрам, поглаживают.
Слышу, как учащается его дыхание, как оно становится глубже. А из меня снова вырывается стон."
"— Боже, какие у тебя волшебные руки, — выдыхаю я, ощущая, как между ног начинает пульсировать, возбуждение усиливается, и моё дыхание тоже сбивается.
— Перевернитесь на спину, — очень сипло произносит он.
Переворачиваюсь. Открываю глаза. И тону в его горящем, возбужденном взгляде.
— Может, хватит меня облизывать, растерзай уже, — предлагаю, сжимая от нетерпения ноги.
