Клянусь луной

Когда Том найдет ее здесь рядом с лордом Рэндаллом и узнает о том, что случилось ночью, не заклеймит ли он ее позором? Ведь брат предупреждал ее, пытался уберечь от опрометчивого поступка! Сгорая от стыда, Тия закрыла лицо руками.

Дверь с грохотом распахнулась, впуская лорда Гарретта. Хоули пришлось отступить на несколько шагов. Глаза Тома, такие же темные, как и у сестры, метали молнии. Но стоило ему увидеть ее, как его лицо смягчилось. Он бросился через комнату и опустился рядом с ней на колени, забыв о гневе.

— Привет, котенок, — ласково произнес он, гладя сестру по голове.

 — Ты заставила нас здорово поволноваться. Как хорошо, что я тебя нашел! Мама будет рада узнать, что с тобой ничего не случилось.

По щекам Тии побежали слезы.

— О, Том, я была так безрассудна! Прошу только: не вините в этом Мэгги. Это я заставила ее поехать со мной. — Она всхлипнула. — Но тебе лучше уйти. Моя репутация погублена. Мама никогда не простит мне такого проступка. Я недостойна того, чтобы жить с вами под одной крышей! Я не могу вернуться, слишком поздно!

— Вздор, — нежно улыбнулся брат.

 — Ты сама не знаешь, что говоришь! Мы никогда не отвернемся от тебя, слышишь! Наша любовь не зависит от нелепой ошибки, которую ты совершила.

В комнату вошли еще двое — брат матери, барон Хазлетт, и его старший сын Джон. Джон был всего на год старше Тии, они даже родились в один день и были очень близки. То, что он стал свидетелем ее позора, еще больше огорчило Тию. Мужчины встали у двери, сложив руки на груди, на всякий случай отрезая Хоули путь к бегству.

Том, взяв сестру за руку, обернулся к вошедшим:

— Найдите экипаж, чтобы мы могли с удобством доставить Тию и Мэгги домой.

Лорд Рэндалл, до сих пор хранивший молчание, прокашлялся. Приблизившись к Тому и Тии, он надменно заявил:

— В этом нет нужды. Тия станет моей женой. Отныне я буду заботиться о ней.

Том вскочил и выпрямился во весь рост.

— Забудь об этом! Самое лучшее для тебя — убраться из этого дома и навсегда забыть о случившемся. И благодари Бога, что я не пристрелил тебя, как бродячую собаку, мерзавец!

Хоули упрямо сжал челюсти, стараясь не выйти из себя, что явно давалось ему с трудом.

— Я не стану винить тебя за грубое поведение только потому, что мы друзья, — отчеканил он. — Но ты опоздал. Боюсь, что мы с Тией слегка поторопились и произошло то, что обычно называют первой брачной ночью. А потому…

Кулак Тома с силой впечатался в лицо Хоули.

— Закрой свой нечестивый рот! — Лорд Гарретт был вне себя от ярости.