Клянусь луной

Я слышал, что какому-то парню сломали обе ноги, потому что он просрочил платеж на несколько дней. После этого его жене пришлось занимать деньги у друзей, чтобы расплатиться с Йейтсом. Ну а если должник отказывается вернуть деньги, тогда…

— Тогда, — перебил Адам, — глупца могут найти в придорожной канаве с простреленной головой. Если вообще найдут. Йейтса побаиваются. Говорят, он простил долг всего пару раз — потому что жертва расплатилась с ним покровительством и свела Йейтса с нужными людьми. Все знают, что на его совести множество преступлений, но у него отличные связи.

— Короче, Йейтсу платят всегда и все, вот что можно про него сказать, — подвел итог Найджел.

— Ничего себе портрет! — покачал головой Патрик, пытаясь понять, что дает ему новая информация.

Не Йейтс ли убил Херста? Неужели все дело в деньгах? Может, это Йейтс скрылся от них с Тией, сбежав из особняка? Йейтс, а вовсе не Элсуорт, как Патрик считал раньше? Над этим стоит поразмыслить.

— Спасибо за сведения, — проговорил он.

— Что ты задумал? — Найджел с подозрением уставился на Патрика. — Я же вижу — ты что-то задумал!

— Тебе не о чем беспокоиться, старина, — улыбнулся Патрик. — А сейчас прошу меня извинить. Я еду домой. Меня до сих пор мучает похмелье, поэтому я не смог придумать ничего лучше теплой постели.

— Какая прелесть! Скоро ты окончательно превратишься в добропорядочного обывателя! — залился смехом Найджел.

— Ты бы предпочел, чтобы он до старости распутничал в твоей веселой компании, — раздалось от одного из карточных столов, и все присутствующие разразились хохотом.

— Прекрасная идея, — поддержал Адам. — Два седых, трясущихся старца, тискающие по углам знойных красоток. Что может быть смешнее!

— Ладно уж, — проворчал Найджел и похлопал Патрика по спине. — Поезжай домой, тебе и в самом деле надо отоспаться.

Простившись с друзьями и пожелав доброго вечера швейцару у дверей, Патрик вышел на улицу. Шел сильный дождь. Когда Патрик выходил утром из дома, светило солнце, поэтому он оделся легко. От ювелира он дошел до клуба пешком, поэтому теперь оказался без экипажа.

Патрик поднял воротник и, ссутулив плечи, зашагал по лужам; Ливень усиливался, небо было черным и мрачным. Одежда промокла в считанные минуты.