Клич чести

Тор приложил все свои усилия, чтобы удержать друга, хотя это было нелегко.

Девушка несколько раз обвязала руку Риса свежей повязкой, после чего попыталась успокоить его, положив открытую ладонь ему на грудь, медленно, успокаивающе возвращая его в горизонтальное положение.

Она держала свою ладонь у него на лбу, приоткрыла его веки и внимательно посмотрела на зрачки. Затем она убрала свою руку, и глаза Риса закрылись. Девушка терпеливо ждала, и через несколько секунд его глаза сначала задрожали, а потом открылись.

«Я чувствую себя лучше», – слабо сказал Рис хриплым голосом.

«Этот яд выходит из твоего организма», – объяснила девушка. – «Должно быть, мы поспели как раз вовремя».

Рис облизнул свои губы – сухие и потрескавшиеся.

«У меня галлюцинации или Вы самая красивая девушка, которую я когда-либо встречал?» – спросил он, находясь в бреду.

Покраснев, девушка отвернулась.

«У тебя галлюцинации», – ответила она. – «Или это, или ты смеешься надо мной».

Рис стал серьезным.

«Клянусь, это не так, миледи», – сказал он широко открытыми глазами. Он казался еще более живым, пристально посмотрев на нее. – «Я должен узнать Ваше имя. Я думаю, что люблю Вам».

Протянув руку, девушка взяла небольшой флакон жидкости, открыла рот Риса и влила ее внутрь.

«Меня зовут Селезе», – сказала она. – «Ты не меня любишь. Ты любишь мое лекарство. А теперь пей», – велела она. – «И забудь обо всем этом».

Рис проглотил жидкость, через несколько секунд его глаза закрылись и он потерял сознание.

Селезе посмотрела на Тора.

«Кажется, что твой друг будет жить», – сказала она. – «Но я сомневаюсь, что он вспомнит многое из этого. Он находился в бреду».

Но Тор думал по-другому. Он никогда не видел Риса таким сраженным и знал, что друг был не из тех, кто быстро влюбляется. Молодой человек почувствовал, что, несмотря на свою болезнь, чувства Риса по отношению к этой девушке были настоящими.

«Я не был бы так в этом уверен», – сказал Тор.

Глава двадцать вторая"

"Годфри шел вместе с Акортом и Фальтоном по закоулкам королевского двора. Он был настороже, опустив свободную руку на кинжал, висевший у него на поясе. Его глаза бегали, в свете событий последней недели он становился параноиком. Теперь Годфри больше не недооценивал досягаемость тирании его брата, чувствуя, что в любой момент его могут убить.