Клич чести

Кто бы ни пытался убить его, он знал, что делает. Это невероятно, что он все еще жив. Твой брат, должно быть, сильнее, чем мы думаем».

«Он унаследовал это от моего отца», – сказала Гвен. – «У него было телосложение быка – как и у всех МакГилов».

Иллепра пересекла комнату и смешала несколько трав в деревянном бруске, кроша и измельчая их, добавив некую жидкость. Полученная смесь представляла собой густую зеленую мазь. Зачерпнув ее в ладонь, Иллепра поспешила вернуться к Годфри и нанесла мазь ему на горло, под мышки и на лоб.

Закончив, целительница снова прошла через комнату, взяла стакан и налила несколько жидкостей – красную, коричневую и фиолетовую. Зелье шипело и дымило, когда она их смешивала. Иллепра долго перемешивала его длинной деревянной ложкой, после чего поспешно вернулась к Годфри и поднесла зелье к его губам.

Годфри не шевельнулся. Иллепра потянулась к его затылку и подняла его голову руками, вливая ему в рот жидкость, большая часть которой потекла по его щекам, но, тем не менее, часть все же попала в горло.

Иллепра намазала рот и челюсть Годфри этой жидкостью, после чего, наконец, откинулась назад и вздохнула.

«Он будет жить?» – поспешно спросила Гвен.

«Возможно», – мрачно ответила целительница. – «Я дала ему все, что у меня было, но этого будет недостаточно. Его жизнь в руках судьбы».

«Что я могу сделать?» – спросила она.

Иллепра обернулась и пристально посмотрела на Гвен.

«Молись за него. Это действительно будет длинная ночь».

Глава пятая"

"Кендрик никогда прежде так не ценил свободу – настоящую свободу – до сегодняшнего дня.

Время, которое он провел взаперти в темнице, изменило его взгляд на жизнь. Теперь же он ценил каждую вещь – прикосновение лучей солнца, ветер в своих волосах, нахождение на свежем воздухе. Кендрик скакал на лошади, чувствуя, как земля ускоряется под ним. Он получил назад свои доспехи, свое оружие, и теперь, когда он снова скакал рядом со своими братьями по оружию, ему казалось, что его запустили из пушки. У рыцаря появилось ощущение безрассудства, которого он не испытывал прежде.

Кендрик скакал, низко пригнувшись от ветра. Его друг Атмэ находился рядом. Рыцарь был очень благодарен за возможность сражаться бок о бок со своими братьями, за то, что не пропустит эту битву, полон желания освободить свой родной город от МакКлаудов и заставить их заплатить за вторжение. Он жаждал кровопролития, хотя понимал, что настоящей причиной его гнева были не МакКлауды, а его брат Гарет.