Клин клином

Потому что знает – все с точностью наоборот. Они читают друг друга между строк.

– Давай только по-человечески. – Катя отходит, освобождая дверной проем. – Не порти подоконник. И на цыпочках, чтоб бабушка не услышала.

* * *Ветер шелестит среди деревьев. Дельфиниум качает верхушками, словно молчаливый страж позволяет пройти через калитку. Денис входит в дом без стука.

Мурат стоит у скворчащей сковороды: босиком, в широких шортах и в великоватой для него красной футболке. Волосы у него распушились как одуванчик. Они не здороваются друг с другом – сегодня уже виделись.

– Все твое там. Рюкзак, правда, до конца не высох.

Чайник со свистом заканчивает кипеть. В полной тишине они лепят бутерброды с колбасой и яичницу. Мурат накладывает начинку, Денис режет хлеб наискось. Никто без необходимости рта не открывает, просьба Мурата достать из холодильника кетчуп звучит как из-под палки. Поздний перекус максимально неловкий и нервный.

Они ведь спали в одной кровати, обнимались все утро.

– Нормально себя чувствуешь? – Мурат воровато пьет чай.

Денис недовольно угукает в ответ. Ужасное начало разговора. Ни к чему беспокоиться об этом. Лучше бы вычистить вчерашние события из памяти у обоих. Еще не хватало, чтобы Мурат говорил с ним из чувства вины.

Они наедине, но не беспокоиться ни о чем – почти невозможно. Мурат глубоко в своих мыслях: брови сведены к переносице, губы – в нитку, колено быстро скачет. Он прекращает им дергать, когда Денис накрывает его ладонь своей.

– Что будем делать? – Мурат заключает их руки в замок. – С этим.

– Ты сам вчера сказал. – Денис смотрит ему прямо в глаза. – Забей. Какая теперь разница?

– Будешь каждое мое слово против меня использовать? – Затем его голос падает до шепота: – Вообще, да. Уже плевать.

– Не сказал бы, что мне плевать на все, – Денис не сдерживает улыбки, – но на многое точно.

Некоторое время они просто смотрят друг на друга. На этот раз безмолвие к месту, и в голове больше нет мыслей по типу «Как мы докатились до такого?», вместо них зреет прежняя смелость. Денис точно бы решился на что-то привычно наглое, но Мурат задает вопрос и этим портит всю атмосферу:

– Не болит? – Имеет в виду или разбитую губу, или кучу синяков под одеждой.