Клин клином

 – Почему ты, друг, говоришь так, будто все заранее знал?

– Да, я знал. Ты думаешь, почему Лапыгин так на Мурата взъелся? Травля началась не на пустом месте.

Слава некоторое время не находится с ответом, смотрит на Толика так же страшно, как недавно на Сашу.

– То есть… я правильно понял сейчас?

Неясно толком, что он имеет в виду: то, что догадался, или то, что, догадавшись, возмутился, что узнал все самым последним.

– Не думал, – говорит Толик мрачно, – что Дэн тоже окажется замешан во всем.

Слава цедит сквозь зубы, уже не скрывая злости:

– Ты скажешь, наконец, в чем?

Толика не пугает его тон.

Видимо, он решает довести Славу до белого каления, потому что отвечает так:

– Скажу, но сначала… – Он смущенно закусывает щеку, и сразу становится понятно, о чем он сейчас скажет. – Дэн, мы сегодня стучались, помнишь? Я знаю, что Мурата не было на улице, как ты говорил.

* * *То, что Толик имеет в виду, произошло в доме Мурата около десяти утра. Денис оказался там, когда ребята бесстыже наныли ему несколько часов свободы у Риммы Аркадьевны.

"

"Вчера во тьме автобусной остановки Мурат подавленно признался, что уезжает учиться. Сколько бы после этого он ни умасливал Дениса поцелуями и лаской, обнимать его становилось все больнее, смотреть на его грустное лицо – все невыносимее. Когда их прогулка подошла к концу, Дениса сковала такая беспомощная тоска, оттого что этот вечер был для них последним и их скорая разлука уже не скорая, а она вот – сейчас, что он, без шуток, выпал из мира и на крепкие объятья Мурата ответил не сразу.

Тот прошептал в ухо, что перед тем, как за ним приедет отцовская машина, он выдавит из плотного утра кроху времени только для них двоих: «А может, и две крохи. Только приходи».

Так что прощальная суматоха ребят нисколько не удивила, только сильнее вогнала в уныние. Толик принес бражку, Слава – мамин рыбный пирог, Денис – гитару. Мурат рассадил всех на кухне, где Толик неожиданно объявил о своем намерении напиться (в тот момент никому в голову не пришло, что пил он для собственной храбрости).

Слава любезно объяснил, что Толик зожник, пьет редко, но метко, а захмелев, не дружит с лестницами.

– Нет, почему же? Я дружу. Это они – не особо.

Мурат шутливо интересуется:

– Должно быть, перед сегодняшними проводинами ты от души запасся своими смузи?

Денис зацепился за слово «проводины» и уже настроился расклеиться, как Слава деловито добавил:

– Кишки после похмелья – дело серьезное. Тут без смузи совершенно точно не обойтись.