Представляешь? Реальные немецкие солдаты, с автоматами, в квадратных касках. Я в шоке. «Гитлер капут!» – говорю. А немцы смотрят на наши обалдевшие физиономии и ржут как лошади. Оказывается, у них неподалеку ролевая игра проходила, исторический клуб какое-то сражение реконструировал, и одного товарища неудачно в окоп кинули – ногу сломал. Там «скорая» дежурила, она его и привезла, но врач с фельдшером специально внутрь не пошли, чтобы мы обалдели.
Люба прилежно застучала по клавишам. В Зоином пересказе это звучало не слишком интригующе, но в кино сцену можно подать выигрышно.
В дверь позвонили. Люба удивленно взглянула на часы – половина десятого, она никого не ждала.
– Кто там? – робко спросила она через дверь. Близорукая, Люба так и не научилась пользоваться глазком.
– Свои, – раздался энергичный голос. – Зоя у тебя?
– Входи, Ваня.
Стоило Анциферову познакомиться с Любой, как он запросто включил ее в свою орбиту. «Подруга любимой женщины – моя подруга», видимо, считал он. Не дожидаясь поощрений, Иван моментально перешел с ней на ты.
Он то и дело поднимался к Любе за какими-нибудь хозяйственными мелочами, о которых никогда не беспокоилась безалаберная подруга и которые стали так необходимы с появлением в ее доме мужчины. Люба исправно снабжала его маслом, мукой и прочей бакалеей, Иван, дурачась, посылал ей воздушный поцелуй и с грохотом сбегал по лестнице.
Зоя не изменила привычке проводить вечера у подруги, поэтому Иван, не застав ее дома, направлялся к Любе, и начинались почти семейные посиделки, где Люба выступала в роли доброй тетушки, принимающей молодоженов.
Ведь иногда влюбленным хочется побыть наедине, а иногда и в обществе.
Иван плюхнулся на диван, бесцеремонно устроив Зоины ноги на своих коленях.
– А мы сочиняем сценарий фильма про врачей, – похвасталась Зоя. – Я главный консультант, ты, если хочешь, тоже можешь принять участие. Расскажи какую-нибудь историю из жизни психов.
– Грешно смеяться над больными людьми, – насупился Иван. – Неужели ты, Люба, правду о врачах решила написать? Круто!
Искренний интерес к ее творчеству пролился целительным бальзамом на Любины душевные раны.
Ни Зоя, ни тем более Иван не смотрели ее сериалы и мелодрамы, но они не считали ее труд позорным и недостойным.
– Не хочешь про психов, расскажи хотя бы про секс. – Зоя протяжно зевнула.
– Не понял?
– Редактор дал Любе задание сделать сценарий эротичным, а всем известно, что Иван Сергеевич Анциферов настоящий эксперт в этом вопросе.
