Другой рукой он крепко, ободряюще обнимал ее. Когда Илья вошел, ее лоно с готовностью приняло его, боль была глухой, мимолетной и сразу исчезла, а вслед за ней исчезла и чужая комната, и весь остальной мир. Остались только они вдвоем — в невесомости, в пустоте, в вечности.
Глава вторая
То ли от переживаний, то ли из-за прогулки под дождем у Ильи Алексеевича разыгрался застарелый остеохондроз. Правое плечо болело так сильно, что трудно было даже подписывать бумаги. Все жалели главного врача, который ходил по клинике, неся руку, словно хрустальную вазу, и наперебой предлагали помощь.
Илья Алексеевич отмахивался. Ему было не до капризов собственного организма.
«Рано или поздно пройдет само, или в крайнем случае я сдохну», — думал он, как думают, заболев, многие медики. Но плечо с каждым часом мучило все сильнее.
Чуть не взвыв от острой боли во время очередного рукопожатия, Илья Алексеевич поехал сдаваться в военно-медицинскую академию.
Деликатно постучав, он заглянул в ординаторскую. Виктор Сотников, молодой доктор, прилежно заполнял истории.
За соседним столом праздно развалился другой молодой доктор — с нахальной физиономией. Илья Алексеевич поздоровался с обоими.
Сотникова он хорошо знал благодаря профессору Колдунову, который считал Виктора лучшим своим учеником. С другим доктором, психиатром Иваном Анциферовым, Илья Алексеевич раньше не был знаком лично, но знал, что недавно тот защитил его дочь Алису от разбушевавшегося в больнице наркомана. Поэтому, несмотря на боль, сердечно протянул ему руку.
Молодой человек энергично потряс ее и вернулся к своему занятию — корчить рожи рыбкам в аквариуме.
— Хватит рыб донимать, Иван, — сказал Илья Алексеевич ревниво, — отсядь вообще. Они на тебя смотрят и размножаться не хотят.
Рыбки были давней страстью Ильи Алексеевича. Он разводил их с детства, даже в общежитии у него был маленький аквариум, в котором бурно, несмотря на тесноту, плодились гуппи и меченосцы. После нескольких лет брака жена заставила его от рыбок избавиться. От компрессора у нее болела голова, вода якобы выливалась из аквариумов и портила ценный паркет, и вообще «чертовы рыбы» занимали слишком много места.
Илья Алексеевич перетащил все свое рыбное хозяйство на работу, где его подопечные неожиданно расцвели: потолстели, посвежели и принялись размножаться с неодолимой силой. Потихоньку страсть к рыбоводству овладела многими докторами, аквариумы появились почти во всех отделениях, а некоторые питомцы перекочевали в другие клиники.
