— Все в порядке, просто иди. Поторопись.
Я свернулась под заплесневелым одеялом и закрыла глаза. Я слышала, как Джексон разговаривал со своей мамой, но не могла разобрать, о чем они говорили, а потом их голоса удалялись все дальше и дальше. В сарае стало еще темнее и более одиноко. Я попыталась уснуть, но так как проспала большую часть дня, пока Джекс был в школе, то не чувствовала усталости. Сидя в сарае, вряд ли можно сильно разнообразить жизнь.
Мой желудок урчал от голода. Сквозь линию деревьев пробивалась полоска лунного света, струившаяся в окно.
Я смотрела в него и пыталась сосчитать пылинки, танцующие в лунных лучах. Все мои мысли были о том, как сильно я хотела поцеловать Джекса, как вдруг услышала, что он закричал снаружи.
— Нет! — орал он. Я точно определила, что он бежал в сторону сарая. — Эм!
Вскочив, я вылетела за дверь. Фонарики освещали Джекса сзади, создавая золотой силуэт вокруг его фигуры. Он бежал ко мне.
Сердце бешено заколотилось.
— Беги, Эм! — завопил он.
Недолго думая, я развернулась и побежала к бухте.
Мы с Джексоном оба знали, что на мили вокруг ничего нет. Я тряслась от страха при мысли, что нас снова разлучат, что вся наша жизнь изменится в мгновение ока.
Единственным звуком был топот наших ног, спотыкание о ветки и листья, и тяжелое дыхание. Когда свет позади померк, мы притормозили.
— Мне надо остановиться, Джекс.
Я повернулась к нему лицом. Лунного света было достаточно, чтобы увидеть, как он согнулся, упираясь руками в колени.
Он тяжело дышал и воскликнул напряженным голосом.
— Бл*ть! Твою дивизию! Эта чертова стерва!
— Что вообще произошло?
— Она сдала меня.
— Что ты имеешь в виду? Она последний человек, желающий тебе зла, — сказала я.
Он пытался отдышаться.
— Не моя мама. Твой социальный работник приходила сюда искать тебя сегодня утром. Сначала мама ничего ей не сказала, потому что сама не знала, что ты здесь. Потом Младший пришел к нам выяснить, почему я не появился утром. Он был зол, и когда мама начала меня защищать, он сказал ей, что я взял вчера его грузовик, чтобы забрать тебя.
Мой пульс участился. Дерьмо, дерьмо, дерьмо!
— Так как Паула узнала, что я здесь?
Джекс выпрямился и отвернулся.
— Лейла позвонила Пауле, потому что, видите ли, не хочет, чтобы ты тянула меня вниз и втравливала в неприятности.
Я вздрогнула. Было больно слышать эти слова от Джексона, потому что часть меня знала, что это правда. Я была сбита с толку, но знала одно: я стояла на краю пропасти.
