Ещё и сломать чего-нибудь можно.
— Ульна! — графиня всплеснула руками и ринулась ко мне. — Ну как же ты так неосторожно?
Она взяла поднос, поставила его на низкий столик и вдруг замерла.
— Что это на тебе? — фыркнула графиня, пальчиком с большим перстнем показывая на трусы.
Ничего смешного! Нормальные трусики-шорты, правда, эти чуть длинноваты получились, но всё равно очень милые — не стала перешивать.
— Трусы, ваше сиятельство. Нижнее бельё, как у вас панталоны, — ляпнула я."
"Графиня густо покраснела.
Ой, что я наделала! Наверное, это жутко неприлично, говорить, что кто-то носит нижнее бельё. Благородные дамы не обсуждают, даже между собой, столь деликатные вещи. Но я же деревенщина, значит — мне можно.
— Ульна, в деревне носят такие… Турусы?
— Трусы. Трусики, проще говоря. Нет, не носят, там вообще ничего не носят. Но я ношу и сама их шью. Мне так удобно, — сказала я, поправляя юбку.
И тут графина, кажется, совсем слетела с катушек от моей бестактности — она потянула вверх мой подол!
— Откуда у тебя это? — её сиятельство бесцеремонно ткнула пальцем в шрам под коленом.
— Откуда?
Я наклонила голову, разглядывая шрам. Словно я его впервые вижу! Всё такой же, белый и как будто нарисованный. Если приглядеться, шрам похож то ли на узор, то ли на подпись.
У нас в офисе менеджер похоже расписывался — овал, а за ним волнистая линия с загогулинами.
— Не знаю, наверно, в детве упала или за сук зацепилась, вот и зажило так неровно, — я пожала плечами и всё-таки поправила юбку.
— Сядь, Ульна. Нам надо поговорить, — строго сказала графиня.
В мастерскую заглянула Манака:
— Ваше сиятельство, — начала она, торопливо шныряя глазами по помещению.
— Выйди, — отмахнулась графиня.
— Но, ваше сиятельство! Вы же сами велели…
— Выйди вон! Надо будет — позову! — рявкнула на неё графиня.
Она что, уже знает про звуковую трубу? Где, кстати, граф, почему я его сегодня не вижу? Знает ведь, что я приеду в замок.
Когда на Манакой закрылась дверь, графиня повернулась ко мне:
— Ульна, присядь.
Нам надо поговорить!
Я покорно примостилась на самом краю жёсткого кресла.
— Покажи ещё раз свой знак, — требовательно сказала графиня.
— Шрам? — уточнила я.
— Знак, Ульна! Знак рода! У каждого благородного рода есть на теле родовой знак. У мужчины благородного рода! Женщины при рождении знака не получают, кроме одного единственного случая — когда великие боги хотят признать новорождённую девочку ребёнком рода.
