А я тебя на десяток лет моложе, только детки не получаются!
То есть я — внучка Пекаса, а Феня — его вторая жена? Что-то случилось с моими родителями, вполне благополучными, после чего дед взял меня к себе.
Интересно, что Фене наболтала ворожея такого, что та поверила, что не имеет детей исключительно по моей вине. Я — наказание, или, наоборот, искупление её грехов?
Ещё удивило, что Феня, оказывается, прилично моложе деда. А выглядит как ровесница.
— Никого у нас ближе девки нет, тем более ты должна Ульку беречь, — сказал Пекас.
— Недолго ей осталось в родном доме жить.
То есть как — недолго? Куда я денусь в семнадцать лет?
— Берегу я, берегу, — вздохнула Феня.
Кажется, она успокоилась, или считала, что спорить с Пекасом — себе дороже. Если она так запросто, не раздумывая, отхлестала меня, возможно, ей и самой не раз доставалось от мужа.
— Бельё я перестирала, еле грязюку от него отодрала, между прочим. Воды наносила, похлёбку сварила. Курей, вот только, придётся утром забивать. Чистить-то их некому.
Улька лежит опять, а нам надо со скотиной управиться.
— Один управлюсь, — решил Пекас.
— И чего ты один сделаешь? — ехидно спросила Феня. — Нет уж, давай, как положено — парою работать. Завтра пораньше встанем, Ульку я растолкаю, хочет — не хочет, а подниму. Соберём тебя в дорогу.
— Уговорила. Пошли в хлев. Быстро обрядим всех, и спать ляжем.
— Ты только в городе обязательно ленты алой купи, а то опозоримся перед новой роднёй, — напомнила Феня. — Потом-то уже негде будет её добыть.
Очень интересно! Зачем нужна алая лента, и что за новая родня у них, или теперь у нас, появилась? Знать бы ещё, почему Феня так боится перед ней опозориться.
Отсутствием ленты? Подумаешь, какие нежности!
Глава 3
Феня разбудила меня ни свет ни заря. Нет, я и раньше вставала рано. Перед работой надо привести себя в порядок, помыть голову, уложить волосы, сделать необходимый макияж. Ещё неплохо бы позавтракать, а не глотать на ходу горячий кофе.
Но чтобы в такую рань? Да ещё же темно так, что на вытянутую руку ничего не видно! Если бы не фонарь, который Феня держала высоко над головой, я бы уже не раз упала.
— Давай, давай, поторапливайся, — приговаривала Феня, подталкивая меня к умывальнику.
Мир другой, а умывальник — как у родителей на даче. Только не пластмассовый, а деревянный. Или это не дерево? Точно нет, непонятный какой-то материал.
Я нажала на «носик», но из умывальника вытекло всего лишь несколько капель.
Феня подхватила ведро, чтобы добавить воды.
