Ключи судьбы

Ведь когда-то, – она взглянула в глаза Соколине, – когда-то давно Игнорь тоже другую жену привез, болгарыню. Я знаю, мне Ростислава рассказывала. Эльга не пожелала мужа с другой делить и в Вышгород жить уехала. Ингорь зимой в полюдье ходил – Эльга в это время Киевом правила. А как он возвращался – она в Вышгород назад уезжала. И так пока болгарыня… не пропала куда-то. Если Эльга могла, почему я не могу? Я родом не хуже ее, мне стыдно согнуться там, где она устояла!

Соколина ответила не сразу. Некоторое время она всматривалась Прияне в лицо своими внимательными глазами, будто примеряла, поместится ли в ее душе ответ.

– Да вот видишь ли, – сказала она наконец, – когда Эльга от мужа отдельно жила… у нее под рукой был мой брат, Мистиша Свенельдич. Оттого она и правила, оттого и болгарыню… избыли. С такой-то силой за спиной ничего не страшно. А у тебя-то есть ли кто-то вроде него?

Часть четвертая

По-гречески седьмой день назывался «кирьяки» – день Господа, день Христа.

В этот день княгиня Эльга устраивала пиры для бедных.

Тем летом в Царьграде патриарх Полиевкт двенадцать недель наставлял ее в вере и немало говорил о нищелюбии.

– Сам Бог, – учил он, – первый вершитель всех дел благих и на пользу человеку идущих. Для кого создал Он землю, украсил светилами небо, благоустроил перемену времен, и теплоту солнечную, и охлаждающую природу льда? Для себя ли? Нет, ибо Бог не нуждается ни в чем. Он – невидимый земледелец, производящий для людей пищу.

Он дает семя сеющему и воду из облаков. Он взращивает виноград и другой овощ, питает разного рода скот, чтобы имели мы пищу и одежду. Заботится он и об удрученных болезнью, научая пчелу производить мед и воск, побуждая травы и деревья давать сок, коренье, лист и прочее, имеющее лечебные свойства. Кто научил нас распознавать эти свойства? Кто создал искусство лекарей, дающее здоровье? Все это Бог. А значит, и мы должны столь же щедро одаривать нуждающихся, как щедро Бог одаривает нас всякий день нашей жизни.

В Царьграде Эльга и правда видела немало нищих. Этериарх Савва Торгер рассказывал, что их еще не так много в тех местах, какие посещаются царственными особами, но при церквях и монастырях, куда ее возили показывать христианские святыни, их всегда были десятки. Подающий нищему – подает Богу, это она усвоила быстро и уже сама после крещения раздавала (руками приближенных) медные фоллисы и даже серебряные милиарисии.