– Здесь кухня или проходной двор? Сперва она, теперь ты – когда это кончится? Я не могу работать в таких условиях!
– Она? – переспросил Леня. – Вы имеете в виду девушку с родинкой? А куда она прошла?
– А я знаю?! – рявкнул повар. – Что я – справочное бюро? Или, может, паспортный стол?
– Нет, конечно, – покаянно проговорил Леня, – вы – повар, и превосходный! Но, может быть, вы мне все же поможете – кажется, я встретил девушку своей мечты, и если не найду ее – мое сердце будет разбито!
Повар посмотрел на него недоверчиво, но Леня изобразил на лице такое жалобное выражение, что он не устоял.
– Вон туда! – Он показал на полуоткрытую дверь в другом конце кухни.
– Спасибо! – Леня прижал руки к груди. – Но позвольте все же сказать – при всем моем уважении, в салате из морских гребешков вы переборщили уксуса!
– Что?! – взревел повар и сорвал с головы колпак.
– Переборщил уксуса? Так вставай на мое место, если ты такой умный! Я этот салат готовил, еще когда ты под стол пешком ходил в памперсах!
Леня его уже не слушал. Он проскользнул в полуоткрытую дверь, прошел по короткому коридору и оказался на улице, точнее – в типичном питерском проходном дворе.
Впереди мелькнула чья-то тень, послышался дробный цокот каблучков.
Леня прибавил шагу, почти перейдя на бег, и скоро нагнал девушку.
Несомненно, это была та самая официантка, которая обслуживала их со Старицким, только в обычной одежде.
– Девушка, – окликнул он ее, – можно вас на минутку?
Та, однако, не ответила и не замедлила шаг.
– Ах, ну да… – проговорил Леня, – у вас же плохо со слухом… будьте осторожны – так и под машину попасть можно, не услышите сигнал – и привет…
– Что вам от меня нужно? – огрызнулась официантка, бросив на Леню затравленный взгляд.
– Ах, как я рад – слух к вам возвращается! Это просто чудо, триумф бесплатной медицины! – Леня обошел девицу и прижал ее к стене. – Так это вы? Какая удивительная встреча! Какой приятный сюрприз! Куда это вы так спешите? Я ведь даже не успел поблагодарить вас за обслуживание, не дал вам на чай…
– Можешь подавиться своими чаевыми! – прошипела девица, пытаясь вывернуться.
