– Пу И, – сонным голосом сказала она, – оставь меня в покое, дай поспать!
На что Пу И ответил голосом ее компаньона:
– Вставайте, графиня, вас ждут великие дела!
– А, это ты… – Лола приоткрыла один глаз, – чего тебе?
Маркиз не стал бурно возмущаться, взывать к Лолиной совести, стыдить ее и напоминать о вчерашнем их разговоре. Вместо этого он сдернул со своей боевой подруги одеяло, подхватил ее за плечи и рывком поставил на ноги.
– Ты чего? – Лола так удивилась, что не стала возмущаться.
– Хорош дрыхнуть! – рявкнул Маркиз.
– У тебя всего полчаса на сборы!
– Куда еще? – Лола прислонилась к его плечу и попробовала прикорнуть стоя.
– На работу! – прорычал Леня. – Племянника перехватить на дороге! Веника! Он сегодня к часу поедет в свой техникум, так что ты его должна перехватить.
– Это что – я буду голосовать на перекрестке, как дорожная проститутка? – От возмущения с Лолы слетели остатки сна. – Ты совсем спятил – такое мне предлагать?
– Проснулась, – удовлетворенно констатировал Маркиз, – уже хорошо.
Имей в виду, стрелки тикают, уже двадцать пять минут осталось. Значит, одеваешься так, как выглядит шикарная девица в его, Венечкином, представлении.
– Не учи ученого, – зевнула Лола, выразительно взглянула на Леню и скрылась в ванной.
Вышла она оттуда через десять минут в полной боевой раскраске. Косметика была самая дорогая, но слишком яркая и вызывающая, и было ее чересчур много, чтобы неопытный взгляд счастливого наследника сразу все заметил.
Еще десять минут Лола провела за выбором гардероба, поставив при этом личный рекорд, а когда вышла из своей спальни, Маркиз даже присвистнул:
– Круто!
На Лоле были суперкороткая юбка, лаковые сапоги-ботфорты и коротенькая курточка, отороченная мехом неизвестного науке животного, со сверкающей надписью на спине Dolce & Gabbana, чтобы все желающие могли прочитать знаменитое название. Лола понадеялась, что племянник уже успел узнать, что это за фирма. В руках у Лолы была большая сумка, дорогой итальянской же фирмы, покрытая стразами и блестящими финтифлюшками.
В ушах – серьги с крупными бриллиантами, на каждой руке – по три кольца.
– Не слишком сильно? – спросил было Леня, но тут же прикусил язык, ибо вспомнил, что в том, что касается внешних атрибутов, Лола разбирается гораздо лучше его. – Сразишь этого чудика наповал! – сказал он, подавая своей подруге стакан апельсинового сока. – Как раз машинку тебе Ухо подобрал подходящую.
