Что-то в нем было насмешливое, когда протянул консультант:
– Ах да, вы наследник… И что же вы хотите?"
"– Я хочу, чтобы вы продали акции, – твердо сказал Вениамин, – мне нужны деньги!
– Вы хотите продать акции? – Этот тип от неожиданности пустил петуха. – Но…
– И как можно скорее, – прервал его Вениамин.
– Понимаете, сейчас не самое лучшее время… – заговорил консультант, – я, конечно, посмотрю, что можно сделать… но я бы вам не советовал… именно сейчас…
Снова они начинают тянуть время, отговариваться непонятно чем, снова никто не принимает его всерьез!
– Я сказал – продавайте! – рявкнул Вениамин.
– И чтобы завтра у меня были деньги на карточке!
– Как прикажете, – хмыкнул консультант, – не нужно так волноваться, хозяин – барин.
– Вот именно! – Вениамин бросил трубку.
Так с ними и надо, другого языка они не понимают. Это хорошо, деньги будут, будут уже завтра, только сейчас нужно позвонить Вике и отказаться от похода в ресторан. Кроме всего прочего, у него совершенно нет настроения.
Лене Маркизу снился сон.
Снилось ему, что он едет на санях, запряженных парой лошадок, по заснеженной зимней равнине. Стоит ужасный мороз, дует ледяной ветер, а следом за санями бегут волки. Но почему-то во сне волки не слишком беспокоили Маркиза, да и были они не слишком злобные, с какими-то смешными ухмыляющимися мордами. Гораздо больше, чем волки, Маркиза беспокоил пронизывающий холод. Леня натянул на себя меховую полость, но тут один из волков заскулил странно знакомым голосом, подскочил, ухватил край полости зубами и потянул на себя.
Маркизу стало еще холоднее.
– Отдай! – крикнул он волку. – Отдай сейчас же, паразит!
Но волк тянул и тянул полость, время от времени возбужденно поскуливая, и вот уже он вовсе стянул ее с саней.
И тут Маркиз проснулся от холода.
Он лежал на собственной кровати, в собственной комнате. Окно было открыто, отчего в комнате и правда было холодно, одеяло валялось на полу рядом с кроватью, и тут же, возле кровати, поскуливал Пу И. Маркиз понял, что он-то и стащил с него одеяло.
– Пу И, паршивец, зачем ты это сделал? – сонно пробормотал Леня, поднял одеяло и укрылся им.
Но сон больше не шел к нему.
Кроме того, Пу И на минутку убежал, а потом вернулся с Лениным ботинком в зубах. То есть ботинок волочился за ним по всей квартире, песик пыхтел от усилий, но не выпускал его и уже изжевал и обслюнявил все шнурки.
– Сколько раз я тебе говорил, не смей грызть мои ботинки! – проворчал Леня и сделал еще одну попытку заснуть.
