Чужая рука отпустила воротник, позволив затылку мягко уткнуться в холодный снег, затем массивный силуэт наклонился надо мной, закрывая собой призрачно светившие с неба лики двух лун…
Очнулся я уже в относительном тепле: изо рта шел пар, но температура явно была не минусовой. Я обнаружил, что лежу на деревянном топчане, на жесткой подстилке из слежавшихся вонючих шкур и шкурами же укрытый с ног до шеи вместо одеяла. Ширина топчана позволила разместиться рядом Фурии, и ее мощная туша, грея меня жарким боком, перекрывала обзор помещения, в котором я оказался.
И откуда-то из-за Фурии сочился ровный неяркий свет, разбавляя застлавший помещение сумрак. Стоило только приподняться на локте, и боль нещадно вгрызлась во внутренности, но я лишь скривился – ради своей безопасности нужно немного потерпеть и осмотреться. Взгляд скользнул по полированному мрамору стен небольшого круглого зала, диаметром метров пять. У стены с противоположной стороны: низкий овальный столик с парочкой стульев рядом, чуть правее – вешалка с каким-то тряпьем, дальше находилась дверь, а рядом с ней – небольшая стойка… на которой я разглядел оружие в недлинных ножнах.
Кинжалы? Пальцы рефлекторно сжались, словно пытаясь обхватить рукоятки. Терять оружие – это, конечно, дурной тон, но я всегда быстро нахожу замену, и это отчасти успокаивает.
– Фури, подвинься… нужно подняться.
Дикоша недовольно фыркнула, но спрыгнула на пол.
Откинув шкуры и спустив обутые в сапоги ноги с топчана, сразу почувствовал вгрызшийся в торс холод: до пояса оказался раздет.
В дырах испорченных штанов разглядел свежие белые заплатки на внутренней стороне бедер. А подняв взгляд выше, обнаружил, что живот целиком затягивает белая корка вспенившегося зелья. Кто-то основательно постарался для моего выживания, не пожалел драгоценного средства. Инстинктивно сунув руку за спину, обнаружил и там такую же нашлепку. И вздрогнул. Прошит насквозь, как и Рырк. Колин, поганец… его удар. Наверное, если бы не «духовная связь» с Крохой и своевременная помощь незнакомца, то я бы не выжил.
Снова чертовски повезло.
В центре помещения прямо из пола рельефно выступал каменный круг, утыканный кристаллами – именно они и горели ровным неярким сиянием. «Очаг силы», – подсказала система. Какое расточительство – просто жаба душит…
Ощущение тяжести в животе не отпускало, тот удар неизбежно порвал все внутренности, и этот болезненный комок я буду чувствовать, видимо, еще долго. Такая тяжелая травма пугала не на шутку.
