Клуб избранных

 – Это Цыганков Алексей Фёдорович, разыскивается за совершение особо тяжкого преступления, – уверенно добавил Литвинов и тряхнул перед лицом Марии ориентировкой.

– Ошибаешься, сержант! Не Цыганков он вовсе. У него столько имён, что настоящее он сам забыл. И «висит» на нём не одно преступление, а несколько, и все не простой мордобой или «гоп-стоп», а преступления против устоев государства и конституционного порядка.

– Это с какого хрена? – возмутился доселе молчавший Алексей.

– Молчать! – прикрикнула Мария и больно ткнула туфелькой по печени.

 – Операцию по его поимке спланировало и провело моё ведомство. Вас подключили только на заключительном этапе. Кстати, ориентировку дали тоже по нашей инициативе.

Патрульные нерешительно переминались с ноги на ногу."

"– Ребята, я вас понимаю! – дружелюбным тоном продолжила Мария. – Премия за поимку опасного преступника греет не только душу, но и нутро. Давайте сделаем так: я забираю задержанного, а вы в рапорте указываете факт его задержания и последующую передачу представителю ФСБ.

Можете переписать с удостоверения мои данные. Не кисните! От меня вам тоже премия будет, только помогите дотащить этого бугая до моей машины.

Втроём они впихнули Цыганкова на заднее сиденье тёмно-синего «Форд-фокуса», который был припаркован на стоянке возле железнодорожного вокзала, примерно в пятистах метрах от места задержания Алексея. Пока его тащили под руки, злопамятный Литвинов трижды втихомолку врезал ему по печени и один раз больно пнул каблуком в коленную чашечку.

Лёшка, стиснув зубы, не проронил ни звука, но про себя поклялся при следующей встрече лишить обидчика первичных половых признаков.

Он лежал на сиденье лицом вниз, и слышал, как Мария напоследок достала из «бардачка» бутылку, по-видимому, чего-то очень дорогого, и всучила смущённым патрульным. Милиционеры для приличия упирались, но потом бутылку взяли и продолжили патрулирование.

Мария села за руль и облегчённо вздохнула.

– Да-а, задал ты мне, Петя, хлопот! Или ты не Петя? Говори, не стесняйся.

– Я такой же Петя, как ты психолог! – процедил сквозь зубы Цыганков.

– Ну, положим, психолог я по жизни неплохой! – спокойно возразила Маша. – А вот то, что ты никакой не прапорщик ВДВ, это точно!

– Зато ты целый старший лейтенант ФСБ! За меня, наверное, капитана получишь! Одного не пойму: зачем я ФСБ понадобился, и что ты плела о преступлениях против конституции?

– Об этом мы поговорим позже, а сейчас поедем на «объект».