Клуб шальных бабок

Женщина была жестоко задушена. Ее глаза страшно выпучены, рот открыт, лицо приобрело отвратительный багрово-синий цвет.

Увидев это ужасное лицо, Татьяна собралась дико заорать.

Но это не получилось из-за неудобного положения: попробуйте заорать, забравшись под стол и скорчившись там в три погибели. Вместо крика у вас получится в лучшем случае сдавленный хрип.

Точно так же случилось и с Татьяной. Хрипло вскрикнув, она попыталась выбраться из-под стола, но вместо этого только больно ударилась затылком об столешницу.

Боль от удара немного отрезвила ее.

Татьяна пригляделась к убитой.

В первый момент она ее не узнала из-за страшного, распухшего и посиневшего лица. Только теперь, внимательно приглядевшись к одежде и прическе, она поняла, что на полу перед ней лежит мертвая Ольга Ястребова.

Тут, к своему стыду, Татьяна почувствовала постыдную, мелкую, недостойную радость."

"Ведь Ольга так часто издевалась над ней, так часто говорила ей маленькие и большие гадости, пользуясь тем, что Татьяна не могла и не умела ответить ей тем же.

Татьяна прекрасно понимала свое незавидное положение уборщицы, никогда не лезла к сотрудникам с пустыми разговорами, не ворчала, что приходится много убирать – работа есть работа. Сотрудники относились к ней неплохо, к празднику никогда не забывали дарить мелкие подарки, характер у нее был ровный, она умудрялась ладить даже с главбухом Ниной Семеновной. Впрочем, та, как уже говорилось, пока дело не касалось ее обожаемого сыночка Антосика, была дамой, приятной во всех отношениях.

Только Ольга Ястребова норовила при встрече сказать какую-нибудь гадость, указать на плохое качество уборки, что было несомненным враньем, поскольку Татьяна вылизывала офис, как собственную квартиру. Надзор за уборщицей вовсе не входил в обязанности Ястребовой, однако ей всегда и до всего было дело.

И вот теперь Татьяна глядела на синее лицо и понимала, что Ольга умерла в страшных мучениях, но в душе ее не было сострадания.

Она все пятилась и пятилась к двери, не в силах отвести глаз от распухшего лица убитой Ольги.

– Вы уже убрали? – вежливо спросила Леночка. – Мне нужно кое-что размножить…

И покраснела, оглянувшись на Шурика.

– Не ходите туда! – непослушными губами выговорила Татьяна, и тут в глазах у нее потемнело, и пол комнаты вдруг стал стремительно приближаться.