Князь Тьмы и я. Книга третья

Обычно для меня это самый отвратный аромат, но тут видимо и алкоголь и табак были какими-то особенными, и пахли очень приятно, смешиваясь с ароматом самого вампира, и сковывающий меня ужас постепенно отступил, сменившись чувством защищенности от всех кровососов мира, кроме вот конкретно этого кровососа.

– Правильно, единственный кто может тебе угрожать, это я, – едко прокомментировал мои мысли князь.

– Лорд Сторс просил о встрече с тобой, – отстраненно произнес Даркан, вступая на мой этаж.

– Я вполне способна ходить сама, так что можете меня отпустить.

Где и во сколько встреча со Сторсом? – спросила я.

Холодный взгляд, и насмешливое:

– Нигде и никогда. Если у Сторса есть вопросы, он может прийти ко мне.

Тэранс, уже ожидающий нас у моей двери, услужливо ее распахнул.

Меня внесли в квартиру, проигнорировав ту часть фразы, в которой я намекнула, что способна ходить сама. Более того – Даркан целенаправленно понес меня к ванной, игнорируя склонившуюся в низком поклоне Грэю.

И тут Тэранс, шагнувший вслед за нами, спросил:

– Мой князь, что прикажете делать с княгиней Мортем?

И Даркан остановился.

А затем, не оборачиваясь, устало ответил:

Тэранс замялся, но затем все же выговорил:

– Но вы объявили, что она под вашей личной защитой, а это… Фактически ставит ее в положение вашей наложницы.

Я заинтересованно взглянула на Даркана, затем на Тэранса, старательно взирающего исключительно в пол, потом на Грэю, которая была потрясена, но старалась выглядеть сдержанной и компетентной, как и всегда.

– Черт! – тихо выругался Даркан.

И резко развернувшись к Тэрансу, потребовал:

Тысячник, с размахом плеч превышающим проем моей входной двери, воззрившись в пол еще более старательно, нехотя пояснил:

– Вы слишком много времени провели в Изнанке, мой князь. Там понятия под личной защитой и защитой Дома идентичны, но здесь – нет.

– Ясно, – коротко ответил Даркан.

И внес меня в ванную.

Затем, опустив меня на ноги и закрыв дверь, молча и методично порвал мою куртку, рубашку и штаны.

Понимая, что возражать бессмысленно, я стояла молча, разве что кобуру быстро отстегнула сама, и отложила на столик вместе с казенным стволом. Князь так же молча обошел меня, изучив каждую царапину, каждый синяк и каждый кровоподтек так сказать лично.

И лишь после этого включив воду и подтолкнув меня к душу, высказал:

– Мне не понравилось то, что произошло сегодня ночью.