Княжна Тобольская (СИ)

— А по тебе не скажешь.

— По мне м-много чего не скажешь.

— Это точно, — губы Самаркандского дрогнули в улыбке, но красивые восточные глаза, ставшие в ночных сумерках невероятно зелёного цвета, оставались серьёзными.

Я напустила на себя задумчивый вид. В версию «проходила мимо» Надир, само собой, не поверит.

— Хорошо, призна́юсь, но это между нами.

— Глупая ситуация получается, — шмыгнула носом. — Дело в том, что у меня есть привычка ходить в душевую для аспирантов по старой памяти. Они не сменили код замка с прошлого года, а там сауна и большие ванны с гидромассажем, можно нормально помыться.

— Разве нагреватели взрываются?

— Откуда мне знать? — задала встречный вопрос. — Мы здесь не на сантехников учимся. Хорошо хоть выйти успела, а то бы завалило напрочь.

Уже в который раз замечаю, как мастерски тело Василисы умеет врать. Будто дышит! Голос не дрогнул, щёки не покраснели, глаза в сторону не ушли.

— Зачем тогда было сбегать? — резонно поинтересовался он.

— Сам как думаешь? Из соображений здравого смысла! Зная беспристрастность правосудия в Столичном институте, никто в причинах взрыва разбираться не станет. Высокопарные речи о расследовании так и останутся речами, жертва превратится в обвиняемого и понесёт незаслуженное наказание. Уже проходили.

На слове «незаслуженное» Надир недоверчиво хмыкнул.

— Я тебя не упрекаю, — развивать тему он не стал.

— А ты? — прищурила на него глаза. — Что ты делал в комплексе «Двух Клинков» после полуночи в костюме для тренировки? Первокурсникам, вообще-то, запрещено находится в его залах без разрешения мастера.

Надир провёл рукой по смоляным волосам. Казалось, мороз на него не действовал, а ведь он в одной майке. Молчал почти минуту. На смуглом лице, скрытом в полумраке, отражались размышления, стоит ли отвечать правду? Стоит ли вообще отвечать? Это не его застукали в сомнительной ситуации, чтобы объясняться.

— Развивал устойчивость к стихиям в камерах, — всё же он ответил.

— Каким образом? Камеры можно активировать лишь по удостоверению курсанта с соответствующим допуском. Нам его выдадут не раньше января.

— Я нашёл лазейку. Только обещай никому о ней не рассказывать, даже Вике!

— Даю слово, — пообещала я. — Ты сохранишь мою тайну, я твою, это справедливо.