Княжна Тобольская (СИ)

Горячо понадеявшись не встретить внутри Яра, осторожно заглянула внутрь.

Надежды оправдались. По центру помоста в позе лотоса сидел его высокоблагородие Валерий Асбестовский. Выглядел он несколько измождённым, но как всегда аккуратным и невозмутимым. Компанию ему составлял маленький чайник и глиняная чашечка.

Даже не знаю, кто из нас больше удивился нежданной встрече.

— Заходи, Василиса, — Вэл поманил меня присоединиться к чайному междусобойчику. — Ты ведь пришла медитировать?

Я сделала шаг вперёд.

— Ничуть.

Возьми себе чашку и устраивайся рядом.

Он не стал выспрашивать, почему Тобольская осталась на праздники в институте, ответ слишком очевиден. В свою очередь я тоже не стала лезть с вопросами. Не так давно у пятикурсников с «Прокурорско-следственного» факультета закончилась зимняя практика. Одна из групп, кому выпал жребий нести службу в приграничном городке на западных рубежах, попала в переделку, несколько курсантов получили ранения. В стремлении замять шумиху ректор Тихон Викторович снарядил пару преподавателей им в помощь, куда, само собой, входили юрист и медик.

Вот откуда у Вэла такой неважный вид — лечение расходует много внутренней эссенции.

Швырнув сумку с неизменными ножами в сторону, села в позу скалы и налила воняющую травой жидкость в чашку.

— Не знала, что во время медитации можно отвлекаться на чай.

— Порой даже нужно, особенно если это Цзяо Лань.

— Не я, а китайцы, — поправил Вэл. — Все остальные называют его гиностемой семилистной, травой бессмертия.

— Погодите, это ведь она произрастает на южных склонах Тибетского нагорья и является основной кормовой базой вымирающих земляных джейранов?

Вэл удовлетворённо кивнул:

— Понятно, почему профессор Кунгурский поставил тебе автомат по зоологии.

— А что он делает? Чай ваш. — Я принюхалась к тёмно-зелёной жидкости. — Помогает достичь внутренней гармонии?

— Обладает приятным вкусом.

План медитации придётся скорректировать, но я не расстроилась. Так даже лучше. Если попытка снова потерпит фиаско, то хотя бы получу удовольствие от общества умного мужчины.

Вэл нравился мне больше, чем того требовали обстоятельства и потрясающие драконы на его руках. Эх, юность! Гормоны девственного тела требовали внимания, а печень отнюдь не чая. Тем более, зелёного.

«Не вздумай влюбиться, Вася», — дала себе воображаемый подзатыльник. — «Нам это точно не надо».

Не став додумывать скользкую мысль, одним глотком влила в желудок чуть тёплый чай без грамма сахара.