Княжна Тобольская (СИ)

Ты хочешь вернуть утраченные навыки, а единственный путь сделать это — достигнуть духовного прозрения. Ядро эссенции никуда из твоего мозга не испарилось и в объёмах не уменьшилось, значит, шанс есть.

— Хотя бы подскажите, как эти стихии вообще ощущаются? — попросила я уже более покладистой интонацией.

— Что, прости? — сдавленно кашлянул учитель.

— До обнуления я никогда не задумывалась об эссенции, просто пользовалась ею. Не хочу спутать реальные чувства с фантазиями.

Вэл не подал виду, будто удивлён моей просьбой.

Я не первая курсантка с тупыми вопросами на его веку.

— Стихия воздуха отзовётся лёгкой прохладой внутри грудной клетки, огонь — теплом в животе, земля — тяжестью в руках и ногах, а вода — ледяным умиротворением в голове. Не отчаивайся, Василиса, позитивный настрой тоже играет роль.

Этого-то я и боялась: по итогу всё свелось к вере в собственные силы! Более бестолковым в моём случае может быть только надежда…

Остаток часа прошёл бессмысленно. Расслабляться с открытыми глазами, как делали все остальные, не получалось напрочь.

Безмятежный луг на стене не безмятежил, а стоило сомкнуть веки дольше, чем на полторы минуты, как меня настойчиво клонило в сон. На мгновение даже промелькнула мысль выйти отсюда и потратить время на что-нибудь более полезное, нежели профилактика правильной осанки, но была отвергнута без промедлений.

Я честно досидела до конца, так и сяк духовно прозреваясь, а сразу после отправилась в библиотеку за руководством по медитации для «чайников». Как напомнил Вэл, альтернативы у меня нет, а отец выразился предельно чётко — не верну эссенцию стихий к восемнадцатому мая, пополню ряды крепостных.

Весь октябрь пролетел в беспросветном учебном угаре курсантки с синдромом отличницы. Книги, справочники и пособия по программе факультета «Логистики» стали моими лучшими друзьями. Я нырнула в них с головой и полной отдачей, но отнюдь не по горячей любви к горькому вкусу гранита науки. Заумные предметы получше психолога помогли примириться с новой судьбой и подавить несбыточное желание вернуть прошлую жизнь с любящими родителями, верными друзьями и белым мотоциклом с аэрографией счастливого кролика, на покупку которого ушло два года…

Одни дисциплины давались легко, другие только зубрёжкой.

Особенно мне полюбилась зоология. Я могла часами читать о животных, одарённых эссенцией стихий, и, почти уверена, заочно получу автомат на экзамене. Сюрпризом стало отличное знание немецкого языка и умение свободно на нём изъясняться.