Книга 4. За семью печатями

И хотя она проявляет себя в годины испытаний, но этого оказывается достаточно, чтобы на Западе и на Востоке знали: иногда жадные, завистливые, звероподобные русские теряют всякий интерес к деньгам, их становится невозможно купить, а значит, и управлять ими. И тогда берегитесь, все те, кто посягает на независимость и богатство России! Перешедшие на автопилот своей генетики эти, казалось бы, конченые скряги, завистники и лентяи превращаются в неподкупных самоотверженных героев, которым ничего не надо, кроме свободы и справедливости.

Вот таких русских смертельно боится Запад! Ярослава много раз говорила о каких-то звёздных генах. Надо её спросить, что она имеет в виду? – решил я про себя. – Наверняка это важно. И ещё она собиралась что-то мне рассказать о либерализме. Но разговор потёк по другому руслу. Надо бы ей напомнить».

С этими мыслями я отправился помогать девушкам грузить их тяжёлые мешки на импровизированные скамейки.

– Тебе же было сказано только наблюдать? – проворчала Светлена.

– Ничего со мною не станет! – забрал я у неё мешок.

– Я бы мог даже тренироваться, сухожилия не болят, а мышцы – ерунда.

– Ты должен сегодня отдохнуть, – улыбнулась Ярослава своей очаровательной улыбкой. – Хотя бы для того, чтобы вон тому здоровому парню, – кивнула она головой в сторону мужа, – было немного стыдно.

Закон равенств и живой термитник

Вечером после ужина Ярослава отправила меня в библиотеку. И наказала, чтобы я, пока она будет занята, достал альбом по термитам.

– С тобой пойдёт Светлена, она знает, где лежит этот альбом, – мягко обняла мать свою немного покрасневшую дочь.

– Света вторая побудет пока со мною.

– Зачем мне термиты, что мне с ними делать?

– В альбоме дана схема их жизнеустройства. Света первая тебе её покажет и всё объяснит.

– Мне известны телепатические связи королевы этих насекомых со своими подчинёнными. Ты, наверное, хочешь рассказать про телепатическое управление богоизбранными?

– Не совсем. Об устройстве их полевого, точнее волнового генетического кода.

То, о чём тебе вряд ли кто-нибудь рассказывал. Иначе ты не поймёшь устройство нашей несокрушимой генетики, которая, в общем-то, сокрушима…

Последние слова Ярославы меня немало озадачили и, раздумывая над ними, я отправился вслед за Светленой в семейную библиотеку. Девушка очень скоро нашла альбом о жизни термитов и положила его передо мной.

– Это что, перевод с какого-то западного издания? – удивился я его красочности.

– С немецкого.