Книга 4. За семью печатями

Если она попадает в поле, когда ею любуются, как звездой, цветком и богиней, она воспринимает позитивную энергию мужчины и становится ещё привлекательнее. Скажу больше, в позитивном поле настоящей любви и любования, женщина, если она больна, начинает выздоравливать.

– Постой, – остановил я старейшину. – Ты сказал о позитивном поле любви и любовании.

– Да, сказал, – улыбнулся Добран Глебыч своей солнечной улыбкой. – Заметь, «любовь» и «любование» – слова одного корня. Когда мы чем-то любуемся, мы дарим ещё и свою любовь.

Но любовь позитивную, со знаком плюс. Мы безвозмездно отдаём часть самого себя, раньше говорили – своё сердце, и ничего не хотим взамен, просто дарим свою энергию, вот и всё. Это и есть светлая, высокая, чистая любовь человека. Но на любви мы остановимся отдельно. Пока нас интересует обмен энергиями. Как я уже сказал выше: любование может быть разным. Хищники тоже любуются своей жертвой. Видел когда-нибудь людей, которые рассматривают всё живое, тех же оленей, лосей, лебедей, только с гастрономической точки зрения?

– У нас в Сибири таких сколько угодно.

– И у нас на Русском севере подобных тоже хватает, – вздохнул рассказчик. – Теперь ты догадываешься, как такой недочеловек воспринимает всё совершенное? Нежность, блеск молодой красивой женщины в частности? Он смотрит на неё глазами изголодавшегося хищника. Для него процесс любования – что-то странное и непонятное, божественной красоты лицо и идеальная фигура девушки вызывают у недочеловека только чувство звериной похоти.

Ему надо обладать красавицей. Неважно как: с её согласия или путем насилия. Главное, девушку употребить, сожрать, словно кусок мяса. Представляешь, какой поток силы излучает такая членистоногая зверюга?

– Почему членистоногая? – удивился я. – Они что, эти хищники, чем-то похожи на пауков?

– Подобные хуже скорпионов! Это особи, у которых куда член, туда и ноги… Ими управляет не разум, а звериный эгоизм и животное стремление обладать всем, что совершенно и прекрасно! А теперь подумай, что может натворить энергия, испускаемая таким недочеловеком? В её поле всё гибнет: вянут цветы, болеют домашние животные и, конечно же, люди.

В народе есть понятие сглаза. Слышал?

– Слышал, – улыбнулся я. – Даже лечить от него умею. И людей, и животных. Меня научил этому ещё пасечник.

– Прекрасно! Значит, ты меня понимаешь?

– Печально то, что недолюдки свои хищные потребительские инстинкты тоже называют любовью.