Книга 4. За семью печатями

После нескольких кровопролитных боёв, новгородское войско приступило к долговременной осаде города. Прошло пять недель осады, город не сдавался. К своему ужасу новгородцы стали понимать, что у них на исходе продовольствие. Но и местным жителям надоела осада, они предложили новгородцам полную выплату дани и даже решили добавить к ней новую. Но новгородский воевода не согласился. Уж очень он хотел захватить строптивый город. Ему нужна была не столько дань, сколько сами люди и прежде всего – женщины. Но наступивший голод сделал своё дело: наконец, новгородский военачальник пошёл на уступки своим уставшим воинам.

Он согласился взять в городе дань и свершить суд. Для этого решено было отправить в город восемьдесят дружинников, воеводу и двенадцать его телохранителей. Но как только новгородцы попали за стены крепости, их тут же всех перебили. После этого осаждённые вышли из города и разгромили всё новгородское войско. Спаслось менее сотни человек.

– Ну и что? – поднял я глаза на Добрана Глебыча.

– Угры разгромили небольшое новгородское войско.

– Угры? – засмеялся старейшина. – Твои угры вплоть до XVII столетия жили в каменном веке. И железо, и бронзу они получали от татар и русских. И никаких городов, способных месяцами держать осаду, у них никогда не было. Все эти вогулы и ханты строили маленькие городки. Обычно на ярах по берегам рек. И никогда серьёзно ни с кем не воевали, тем более с новгородцами.

– У них иногда вспыхивали войны с самоедами, – вспомнил я исторические хроники.

– С такими же, как они сами, людьми каменного века, но не с теми, кто их намного сильнее.

– Ты хочешь сказать, что новгородцы пытались взять город чуди белоглазой? – прямо спросил я специалиста по Югре.

– Конечно! Мы тогда как раз и жили в предгорьях Урала.

– Интересно! И что же вы там делали?

– Неужели тебе известны такие подробности? – искренне удивился я.

– Никаких особых подробностей мне неизвестно, – снова сел на своё место Добран Глебыч, – Просто я знаю правило.

Все наши уральские крепости строились над подземными коммуникациями, пещерами и древними, неведомо кем построенными, подземными городами. Та древнейшая петрографическая Веда как раз и была найдена на стенах такого подземелья. Её срисовали в XI веке, – показал на лежащий альбом со старинными рисунками рассказчик. – Но это я так, к слову. На Урале мы жили более двух веков, Юра, – продолжил своё повествование Добран Глебыч.