Книга 4. За семью печатями

Он даже славян не выделил. Коснулся кривичей, что якобы у них возникла масса ипостасей единому. Отсюда и прозвище «кривичи» – какие-то не такие, с изъяном. И про кельтов он ничего не сказал, да и про германцев тоже. Надо бы у него об этом спросить.

«Интересно, что он расскажет?» – с такими мыслями я накинул на себя пару свитеров и подался на веранду.

В импровизированном спортивном зале Добрана Глебыча ещё не было.

– Добран занимается «меньшими братьями», – улыбнулась вошедшая на веранду Ярослава. – С ним и дочурки.

– А почему я в стороне от дел?

– С чего ты взял? – засмеялась хозяйка. – Я вот за тобой и пришла. Пойдём, отнесём нашим четвероногим друзьям воду. Надо напоить коров и коней. Это у нас называется утренней разминкой.

«Интересно, – подумал я. – Везде в деревнях домашних животных пренебрежительно называют скотиной, а здесь четвероногими друзьями?»

– Я только с радостью!

– Вот и пошли! – улыбнулась Ярослава. – Каждой коровке по два ведра, то же самое нашим лошадкам.

– Видел, – кивнул я хозяйке.

– Мы топим баню, как ты уже понял, два раза в неделю, бывает и три раза. Потому вода всегда тёплая. Как видишь, всё у нас связано.

– А как бочки наполняете? – спросил я женщину.

– Очень просто – из скважины.

Через четверть часа, когда мы с хозяйкой напоили животных, Добран Глебыч вычистил стойла, а девушки наполнили кормушки своих четвероногих друзей душистым сеном, мы все вместе собрались на веранде.

– Что же вы мне сразу не сказали, что пошли трудиться? – обратился я к хозяину семейства.

– Не трудиться, а разминаться и пообщаться со своими четвероногими, – засмеялся старейшина. – А потом, тебя же пригласили. Так что, давай без претензий. Лучше бери в руки гантели и давай разогревать мышцы. Иначе на наших снарядах можно легко травмироваться. С виду ты парень здоровый, – оглядел меня с ног до головы седоголовый тренер. – Мускулатура раскачена, но запомни, всё это бутафория.

– Лёжа, я жму сто килограммов, стоя, одной рукой, – более пятидесяти! Разве это не сила? – засомневался я.

– Нет, конечно! – усмехнулся старейшина. – Когда окрепнут твои сухожилия, всё будет иначе. Ты сможешь брать вот такие стальные полосы, – потянулся он к стоящей у стены железяке в палец толщиной. – И сумеешь легко завязывать их в узел.