Книга Балтиморов

Если у него плохие оценки, значит, он мало работает, вот и все.

— Разумеется, он работает недостаточно, мистер Бардон, — объяснила тетя Анита. — В том-то и проблема, поэтому мы и пришли. Он не работает, потому что ему скучно. Ему нужен стимул. Толчок. Его надо подбодрить. Он не раскрывает своих возможностей…

— Мистер и миссис Гольдман, я внимательно изучил его результаты. Понимаю, вам трудно с этим согласиться, но, как правило, если у ученика плохие оценки, значит, он не сильно умен.

— Вы же знаете, что я вас слышу, мистер Бардон, — заметил Гиллель.

Он присутствовал при разговоре.

— Вот ведь маленький нахал, опять начинает! Никак не может рот на замке держать! Я с твоими родителями разговариваю, Гиллель. Знаешь, если ты так себя ведешь с учителями, неудивительно, что они все терпеть тебя не могут. А вам, мистер и миссис Гольдман, я вот что скажу: я выслушал все эти ваши «у моего ребенка плохие отметки, потому что он сверходаренный», но, простите, это называется не желать смотреть правде в глаза.

Сверходаренных не видно, не слышно, и в двенадцать лет они уже имеют диплом Гарварда!

Вуди решил взять дело в свои руки и в порядке мотивации дать Гиллелю делать то, что у него получалось лучше всего: тренировать футбольную команду. В перерывах между сезонами у команды не было регулярных тренировок, правила лиги это запрещали. Но ничто не мешало игрокам собираться и готовиться самим. По просьбе Вуди вся команда стала дважды в неделю ходить на тренировку, которую проводил Гиллель; ему помогал Скотт.

Цель занятий заключалась в том, чтобы следующей осенью выиграть чемпионат. Шли недели, и игроки уже представляли себе, как будут поднимать вверх кубок — все, включая Скотта, который однажды признался Гиллелю:"

"— Гилл, я хочу играть. Мне не нравится быть тренером. Я хочу играть в футбол. Я тоже хочу быть на поле. Я хочу быть в команде.

Гиллель посмотрел на него с жалостью:

— Скотт, но твои родители никогда тебе не разрешат.

Скотт с расстроенным видом уселся на газон и стал рвать травинки.

Гиллель сел рядом и обнял его за плечи:

— Не волнуйся, мы все устроим. Твой отец говорит, тебе просто надо быть повнимательней. Много пить, делать перерывы и мыть руки.

Так Скотт официально стал членом неофициальной команды «Диких кошек». Он старался изо всех сил, участвовал в некоторых упражнениях, но быстро выдыхался. Он мечтал играть за ресивера: получить мяч с пятидесяти ярдов, потом эффектный спринт, прорыв защиты противника и — тачдаун.