Книга гор

У Ильи левая рука была забинтована и подвешена на груди, Меломан держал на весу правую кисть, замотанную до кончиков пальцев. Поймав мой взгляд, он неохотно произнес:

– Меч отбивал… руками.

И тут же, без всякого перехода и чуть ли не с большей злостью:

– У меня уже сутки, как аккумуляторы в плейере сели. Мы костер жгли, но от него не заряжаются.

Бинтов не было лишь на Толике. Но когда я увидел его лицо – с белыми, искусанными губами и равнодушным злым взглядом, то понял – свой счет есть и у Толика.

– А где Сержан? – спросил я, пытаясь превратить этого странного Толика в прежнего веселого и беспечного островитянина. Сказал и понял, что попал в точку. Вот только веселее теперь не станет, наоборот.

– Его убили. Первого.

Голос у Тольки был таким же злым и равнодушным, как и взгляд. Я почувствовал, что руки у меня дрожат. И с дрожью этой вползает злое равнодушие. Сержан, вечный спорщик и скептик, не стал для меня таким другом, как Толик или Тимур. Но мы дрались с ним рядом, дрались насмерть на мраморной глади мостов…

– Но остальные-то… – Я замолчал, уже чувствуя, что Сержан лишь открывал список.

Я глотнул пахнущий дымом воздух. Лерка? Десятилетняя девчонка? Даже когда убивали всех мальчишек на одном из островов, девчонок не трогали.

– Стрелой? Случайно? – с непонятной надеждой спросил я. Это очень трудно, убеждаться в подлости недавних друзей. Никто не сможет искать им оправдания упорнее, чем мы.

– Мечом. Когда мы отступали и Лерка замешкалась.

– Она в плену, в башне, где я сидел, – быстро ответил Малёк.

– С ней все в порядке? – озабоченно спросила Рита.

Игорек пожал плечами.

– Да. Ее кормили, и вообще… Только она ревет, когда Ахмет с Борисом ее допрашивают.

– Допрашивают? – удивленно переспросила Ритка. – Допрашивают?

Крис подскочил к Мальку, схватил за плечи, тряханул.

– Мальчишка… Глупый мальчишка!

Ошеломленный, растерянный Игорек попытался вырваться.

Крис отпустил Игорька сам, замахнулся, но удержал руку.

Я коротко ударил Игорька по лицу. Я понял. Все понял. Ты не виноват, что попал на остров малышом. Ты не виноват, что остров Алого Щита держится Крисом с английской строгостью, при которой дети не знают того, что им не положено знать. Ты не виноват, Игорек. Но…

…Я вернулся с моста под вечер. Весь день после обеда я пролежал на середине моста, раздевшись догола и загорая на солнышке.