Какой-то мутированный щит получился, но действовал он отменно! Даже наши все оценили и попросили их научить. Если же кто-то, проходя мимо, выбивал у меня из рук сумку или тетради, то под его ногами тут же возникал гололед. Падений было много…
Авторше того письма, которую мне помог вычислить по остаткам ауры и запаху Эварт, я отправила ответное послание. Только не материальное, а иллюзорное. Прямо перед неосторожной девицей, посмевшей угрожать ведьме, возник черный квадрат, на нем проступил багряный пылающий череп, клацающий зубами и издающий демонический смех.
А потом этот череп сообщил, что получательница сего письма скончается сегодня в полночь. И, мол, нужно бы заранее помыться, обуться в белые тапочки и приготовиться. Он за ней придет…
Ох и визга было! Мы с друзьями в это время прятались за углом, подглядывая. А в полночь Лолина с невинным видом пошла к нужной комнате и постучалась. Боже! Как же там внутри орали… Дерхана аж присела от звуковой волны, а мы едва не рыдали от смеха, прячась в нашей с Лолой комнате.
Парни ради этого даже прокрались к нам и спрятались в ожидании."
"Лолина рывком распахнула дверь в комнату получательницы моего ответного послания и возмутилась:
— Вы спятили?! Напугали до смерти своими воплями.
— Л-л-о-ола? — заикаясь, спросил ее дрожащий девичий голос.
— А вы кого ждали? У вас сахар есть? А то я чая хотела попить, а сахар закончился. Все спят, а у вас свет из-под двери выбивается, ну я к вам и постучалась.
Больше я писем не получала…
С Иолой Дексовой все было немного иначе.
У нас велась своего рода позиционная война. Прямых активных действий она не предпринимала, только подзуживала и науськивала остальных. Но зато грязи с ее языка лилось невероятное количество, причем делала она это, встав так, чтобы до меня все отчетливо доносилось. Выслушав в очередной раз все те помои в свой адрес, что она считала возможным произносить, я обиделась. А ведьму не стоит обижать. Так как воздействовать заклинаниями напрямую друг на друга нам запрещалось, если это не тренировка навыков, то… Я говорила, что в совершенстве овладела искусством иллюзий? И вот каждый раз, когда мерзкая эльфийка начинала громко говорить всякие пакости, с ее губ прыгали иллюзорные жабы.
Слово — жаба, следующее слово — и новая жаба. Земноводные спрыгивали к ее ногам и начинали противно квакать, раздувая шеи. Разумеется, слушательницы тут же с визгом шарахались в стороны.
Но в целом ее поведение напоминало мне затишье перед грозой.
