Книжный магазинчик ведьмы

На снимке нам лет по тринадцать-четырнадцать, мы становились слишком взрослыми и слишком крутыми, чтобы проводить лето, гоняя на велосипедах и строя крепости в лесу, но мы еще долго поддерживали нашу дружбу и игры. Теперь, двадцать с лишним лет спустя, я едва узнала Лео и Рича и, что еще хуже, понятия не имела, какими людьми они выросли, могу ли я по-прежнему доверять им, как бы сильно мне этого ни хотелось.

Я пролистала книгу, но не обнаружила ничего, что дало бы хоть малейший намек на то, что скрывала Юдора.

Не зная, как поступить, я обратилась к другим фотоальбомам и вытащила первый из них с надписью «1983» – год, когда она открыла «Кабинет графа», и самый последний – за прошлый год.

Просматривая альбом «1983», я улыбнулась, увидев фотографии Юдоры с моим отцом: оба с короткими вьющимися волосами и в нелепых солнцезащитных очках восьмидесятых годов, причем Юдора тогда была излишне румяной. Сам город на снимках выглядел практически так же, единственное отличие – некоторые вывески и несколько магазинов, которых сейчас нет.

Старинная европейская атмосфера пользовалась здесь популярностью уже очень давно."

"Я открыла страницу с фотографией гордо сияющей Юдоры, стоящей перед «Кабинетом графа» с ключом в руке, а рядом с ней – мой отец с усмешкой на устах. В окне за их спинами висела только табличка «Сдается в аренду», но я уже могла представить все полки и прилавки на своих местах. Так удивительно лицезреть историю того, что теперь принадлежит мне.

Я перевернула очередную страницу, и мне на колени упал толстый конверт, который смотрелся гораздо новее, чем дата на альбоме.

В верхнем углу стояла печать «Эдвардса и Кларка», юристов Юдоры.

Недавно я общалась с ними по вопросу оформления наследства, поэтому имена были мне знакомы, но все равно поразительно обнаружить конверт, вложенный в фотоальбом. Я осторожно вскрыла его и достала плотную пачку бумаг, которые, опять же, выглядели чересчур новыми на фоне книги почти сорокалетней давности.

И действительно, первым, на что я обратила внимание, разбирая стопку бумаг, оказалась дата в верхнем углу – 2000 год, то самое последнее лето, которое я провела здесь.

Странно, что конверт засунули в более старую книгу, словно хотели подтолкнуть кого-то к поискам.

Может, кого-то вроде меня?

Просматривая документы, я все сильнее чувствовала растерянность. Конечно, если то, что я читала, – правда, юристы должны были сообщить мне об этом, когда мы вместе оформляли наследство.