А значит у него точно есть свои агенты в академии и они исправно докладывают ему всё что там происходит
— Сорок, — он нагло улыбнулся, глядя мне прямо в глаза, — и ни одной штукой меньше.
— Имейте совесть, Юрий, это не ширпотреб, а хорошие боевые артефакты. Мне за единицу предлагали пять тысяч рублей, а вы просите сорок штук.
Услышав сумму, Милославский удивленно хмыкнул.
— Тем не менее, князь, я не торгуюсь. Вы просите допуск в наши архивы, а это серьезная просьба.
Честно говоря я был согласен на условие Милославского, но если бы я сразу же сказал да, скорее всего он бы этим не ограничился.
Так что ещё несколько минут мы с ним торговались и в итоге, я, сделав максимально страдальческое лицо, сказал.
— Хорошо, так и быть, я предоставлю вам сорок артефактов. Только двадцать единиц сразу, а ещё двадцать, по пять штук в неделю в течении месяца. Просто их не так уж просто создать, поэтому придется потерпеть.
— Меня всё устраивает, — довольно улыбнулся жандарм — с вами приятно иметь дело, князь.
Я кисло улыбнулся, мол без ножа меня режешь.
— Я выпишу вам пропуск, вот только архивы вы будете посещать в присутствии моего человека. Сами понимаете, везде нужен контроль.
Ну да, ну да, а то я не понимаю зачем ты это делаешь на самом деле. Тебе просто очень интересно узнать, что я раскопаю и как распоряжусь этими знаниями. Ничего другого я и не ожидал от такого хитреца как Милославский.
Я взял артефакт со стола, и усмехнувшись, протянул его жандарму.
— А это лично вам в качестве подарка и образца.
Можете посмотреть на что способны вещи, которые делаю я.
Жандарм молча взял артефакт и едва улыбнулся. Он тоже разгадал мою схему, ведь я рассчитывал на то, что он покажет мои артефакты своим начальникам, а те не смогут не заинтересоваться ими.
— Пропуск вы получите послезавтра, не раньше. Сами понимаете, бюрократия.
— Понимаю, — кивнул я — всего хорошего, господин Милославский."
"— Говорил же вам, князь, можно просто Юрий, зачем же так официально?
— Вежливость, — усмехнулся я — спокойной ночи.
Покинув кабинет жандарма, я спустился вниз, и сев в автомобиль, довольно улыбнулся. Если бы жандарм видел бы моё лицо то понял бы, что сильно продешевил, ведь он мог просить больше, гораздо больше. Мотор под капотом довольно рыкнул, и я поехал обратно в академию. Ехать три часа до дома не было никакого смысла. На территорию меня пустили без вопросов, хотя бойцы на входе были очень недовольны тем, что я их разбудил.
