— Как ты, мама? Всё хорошо?
Она слабо улыбнулась и взъерошила мои волосы.
— Спасибо, сынок. Я вижу как ты пытаешься вернуть нашему роду былое величие, вижу как ты относишься ко мне, и к Юльке. И я очень сильно тебе благодарна за то, что наконец-то я могу почувствовать себя просто женщиной, а не княгиней. Твой отец никак этого не мог понять, а ты оказался мудрее.
Ну, папаша Германа это вообще отдельный разговор. Судя по тому, что на самом деле он вытворял, как глава рода он был полный ноль. Не удивлюсь, если хреновое состояние рода это в большей степени его заслуга, с таким главой и врагов не надо, он сам отлично справлялся.
— Я просто очень сильно вас люблю, мам, поэтому буду делать всё, чтобы вы с сестрой ни в чём не нуждались.
— Я знаю, сынок, — тепло улыбнулась она —я знаю.
После завтрака я оставил Вику с моими, а сам вышел на улицу искать Антона. Охотник нашёлся рядом со строящиеся казармой, он что-то обсуждал с дедом Митяем. Антон уже был в своём снаряжении охотника, а чуть в стороне обнаружилась и остальная троица.
Увидев меня, он пожал руку старику и быстрым шагом подошёл ко мне.
— Доброе утро, ваша светлость, вы готовы?
— Я ж говорил тебе не надо такого официоза, — поморщился я — можно просто князь или Герман. А то от этой светлости у меня уже зубы сводит.
— Извини, князь, — усмехнулся Антон — этикет как ни как.
— Ага, я так и подумал. Ну что, поехали в академию? С комендантом я не успел созвонится, придется лично со стариком переговорить. Но думаю всё будет в порядке, у него передо мной небольшой должок имеется.
Антон уважительно на меня глянул, всё-таки комендант академии фигура заметная, и получить его в должники не так то просто.
Мы не успели выехать с территории поместья, когда в ворота ворвался автомобиль Львова. Гриша выскочил из машины, и увидев нас, радостно улыбнулся.
— Доброе утро, ваша светлость, у меня для вас важная новость.
Рядом начал смеяться Антон, я ведь только что сказал ему, что не люблю, когда ко мне так официально обращаются.
Скрипнув зубами, я глянул на Гришу так, что он немного сбледнул.
— Вот скажи мне, Гриша, мне сколько раз ещё тебе повторять, что ко мне надо проще обращаться? Что вы как дети малые, или вы тут поддерживаете идею, что повторение мать учения что ли?
— Извини, Герман, забыл. Но у меня и правда очень важная новость для тебя. Вот, держи.
Гриша протянул мне небольшой конверт, из которого торчал уголок бумаги, довольно плохого качества, кстати.
