Под толстой шкурой перекатывались горы мышц, огромные мохнатые лапы мягко ступали по земле, а длинный мощный хвост изящно ходил из стороны в сторону. Подойдя ко мне вплотную, он поднял лапу и толкнул меня в грудь. Я почувствовал сильный жар, а потом меня попросту закинуло в тело княжича. Теперь я пришел в себя и я нихера не понимаю, что мне с этим делать. От размышлений меня отвлёк мужской, голос полный переживания.
— Слава Барсу, князь, я нашёл тебя. Говорил же тебе, не стоит соваться в это грязное место, а ты не послушал.
Хорошо хоть не убили.
Я медленно открыл глаза и посмотрел на говорящего. Ростом он был под два метра, настоящая громадина. На вид лет сорок. Мускулистые руки заканчивались широкими словно лопата ладонями, мощная шея и ярко-голубые глаза, которые смотрели на меня с укором. Одежда была довольно странная как по мне, в моём мире такое носили лет сто назад, не меньше. Но самый яркий атрибут это волосы. Они были белыми, именно белыми, а не седыми. Казалось, что у него на голове просто шапка снега.
А ведь я не услышал его шагов, значит человечек не простой. Резкая вспышка боли вернула мне память и я узнал его. Павел Пробарсов, вассал моего рода и мой личный телохранитель. Мой отец, светлая ему память, назначил его, когда я ещё был десятилетним юнцом и с тех пор он стал мне не просто телохранителем, а настоящим другом.
— Паша, не бузи. И так тошно от того, что случилось. У тебя попить не найдётся? Сушняк замучил.
Покачиваясь я в очередной раз попытался встать и наконец то у меня это получилось.
Он молча достал флягу и протянул её мне. Живительная вода пронеслась по пищеводу и я почувствовал себя в состоянии хоть немного соображать. Конечно мне было далеко до нормального человека, но как говорится чем богаты.
— Спасибо тебе. Не знаю, чтобы я без тебя делал.
— Полно тебе, княже, поедем уже домой. Наверняка ваша матушка волнуется. Она недавно потеряла мужа и не хочет потерять ещё и сына.
Я молча кивнул и мы направились к стоящему недалеко автомобилю. Для меня он выглядел немного странновато, но в целом очертания были знакомыми.
Мотор громко затарахтел и мы тронулись с места. Я сделал вид, что заснул, а сам перебирал воспоминания тела. Хорошо, что они сохранились, иначе бы мне пришлось играть роль, а актёр из меня херовый. Итак, я Герман Барсов, восемнадцать лет от роду, единственный сын недавно умершего князя Барсова. У меня осталась мать Ирина Барсова и сестра Юля. И я могу со всей ответственностью сказать, что наш род в полной жопе.
