Ищешь меня, а я весь день на рабочем месте! — и улыбочка такая, вызывающая, а в глазах… вот же… да она кайфует. — Можешь камеры проверить. Я как зашла в полдень, так и вышла уже в пять утра.
Сергей потер переносицу. Он же узнавал у охраны. Видимо прочитав по лицу, о чем он думает, мелкая издевательница заявила:
— Только не смей увольнять мальчишек. Во сколько ты им звонил? В полночь? Я уже успешно вырубилась за столом и даже не включала свет. Поэтому они не могли знать, что я все еще в кабинете. Опять же можешь просмотреть камеры и мое триумфальное явление в пять утра из пустого офиса.
Снова спрятал улыбку в кулаке. Она точно не могла врать. Нахлынуло столь мощное облегчение, что губы сами растягивались. Хотелось смеяться, прыгать… кхе кхе…
— Ты спала с отцом? — вместо этого спросил он в лоб. Говори! Скажи «нет». Почему отвела глаза? Неужели да?
— Не твое дело, Князь. — Из бирюзовых глаз исчезла веселость. Белоснежка отвернулась. — Отпусти меня. Я ответила на все вопросы.
Не на все. Самый главный так и остался без ответа.
— Иди.
— А ключи?
— Возьми.
Она перестала дышать, Сергей уловил этот момент. Опустила глазки ниже талии. Щечки вспыхнули. Язычок прошелся по пересохшим губкам, вызвав мощный всплеск фантазий. Глазищи стали еще больше, когда она увидела его реакцию.
— Ну же, — подбодрил ее. Не отрывая взгляда от его джинсов, подошла ближе. От нее пахло его гелем для душа вперемешку с ее личным ароматом, запавшим в его память настолько глубоко, что он помнил его все три года вдали.
Пальчики неуверенно скользнули в карман, наткнулись на свидетельство его желания и… ладонь полностью накрыла… ох! Нет, девочка, теперь ключи тебе не видать.
Князь запустил обе руки в ее волосы и притянул к себе.
— Да вы провокатор, Ирина Юрьевна, — прошептал ей в губы.
— Слишком высокого о себе мнения, Сергей Анатольевич. — Ее руки говорят противоположное. Она упивается своей властью над ним — он чувствует это по движениям ее ладони, по легкому дыханию на своей щеке. Даже видит во взоре, обращенном к нему.
Сдается. Он не может противостоять ей — ее власть безгранична."
"Перехватил запястье, почувствовав, как шевельнулись ключи. Нет уж, птичка, попалась в свою собственную ловушку. Теперь не улетишь из клетки.
Подхватил под попку, ожидая криков и слов возмущения, но она подозрительно быстро сдалась. Обхватила руками его плечи. И как понимать? Для чего пыталась стащить ключи, если и сама не против остаться?
Стол? Подоконник? Нет. Хватит на сегодня быстрого секса.
